#петр_талантов #005_доказательная_медицина_от_магии_до_поисков_бессмертия

Ещё одна мысль, которая приходит по ходу чтения этой книги, уже не такая радужная. Сколько же обманщиков, мошенников и в принципе плохих людей среди учёных!

Самый, конечно, показательный пример - это врачи в нацистском концлагере Аушвиц-Биркенау, которые ставили на заключённых совершенно бесчеловечные эксперименты, отрабатывая на них же самые «эффективные» методы конвейера убийств. Как говорят некоторые, Освенцим (А́ушвиц) внёс свой вклад в науку, но самое главное - внёс понимание в вопросы этичности тех или иных экспериментов. Такой фанат викторианской литературы, как я, конечно, вспоминает, что уже с 19 века проблема ответственности учёного за свои изобретения, за выбранные средства и методы начинают волновать людей, но оформили это все в Хельсинскую декларацию только после Нюрнберга. Большой путь проходит человечество, однако. Я, например, не знала этого, но, оказывается, именно из-за декларации лекарства тестируют на детях в последнюю очередь, ведь они не отвечают за себя и априори находятся в зависимом положении. Эксперименты на таких зависимых группах, это следует из документа, признаны максимально неэтичными.

Есть и мелкие аферисты от науки - те, кто подгоняет результат под необходимую гипотезу, играя со статистическими данными. Или те, кто безбожно использует фотошоп в иллюстрациях научных статей. Или те, кто скрывает конфликт интересов. Получая деньги от больших фармкомпаний, ученые стараются получить результат, выгодный этим компаниям.

Все это, конечно, очень печально и не совсем ясно, что с этим делать, но все же надежда есть, ведь иногда ошибки в экспериментах могут приводить к неожиданным результатам. Производитель вакцины Pfizer BioNTech разрабатывал одно лекарство, но пришёл к выводу, что полученное вещество не эффективно против изначальной проблемы. Однако они не стали ничего прятать и подгонять, даже наоборот. У вещества оказался неожиданный побочный эффект - мощная эрекция. Так появилась Виагра.

Очень хочется, чтобы все неудачи в науке оборачивались победой на каком-то неожиданном втором фронте.