Я мечтал писать, как поэт-лирик,
А теперь, погляди-ка, я выпивоха!
Лицо опухло, будто меня били
Ногами, до последнего вздоха.

Хотелось петь в приходском хоре,
Смотри, я голос весь прокурил,
Умею ругаться, буянить, спорить,
А кроме всего - винить других.

В своих недосказанных спорах
Виню мать, а больше - отца.
Подрываюсь, как чертов порох,
Когда не могу сказать

В лицо всем обидчикам правду,
Ведь по натуре трус,
Умею истошно гавкать
И вряд ли уже изменюсь.

Я мечтал писать, как поэт-лирик,
Но я слишком для этого пьян.
Мне бы не перо, а ружьё в тире
И раскладывать пасьянс.