Обаятельный сериал о том, как важно верить в то, что делаешь
В 2025 году, в далекой-далекой галактике — в офисном здании города Толидо, штат Огайо — доживает свои последние дни газета Toledo Truth Teller. Когда-то в ней работали 3000 человек, сейчас их 10.
Они делят помещение с продавцами туалетной бумаги и, кажется, даже продавцы заботятся о конверсии больше, чем редакция.
Печатная версия газеты давно не выходит, а в онлайн-версии публикуются развлекательные тексты о том, как Бен Аффлек мощно оставил чаевые в 300 долларов.
В первом же эпизоде у газеты появляется новый главред Нед Сэмпсон (Донал Глисон). Он хочет снова выпускать Toledo Truth Teller на бумаге.
Про то, что печатную прессу давно убил диджидал, раздавили блогеры и теперь доедает ИИ, Нэд не слышал.
Как и про саму журналистику — практики у него было мало, он работал менеджером по продаже туалетной бумаги.
Нэд строит планы с тем что есть: с единственным пожилым репортером, чей звездный час был в 1971 году. С бухгалтерами и продажниками, которые готовы писать статьи. С шеф-редакторшей Эсмеральдой Град (ее играет Сабрина Импаччиаторе, помните ее во втором сезоне «Белого лотоса»?), которая уверена, что целевая аудитория Toledo Truth Teller — это “люди на унитазах”, и им надо не новости рассказывать, а развлекать фотками с красных дорожек.
Сериал снят в стиле мокьюментари — это спин-офф культового «Офиса».
В 2005 документалисты подглядывали за сотрудниками Dunder Mifflin в Скрэнтоне, теперь — записывают, как один ретроград и десяток его последователей ищут возможность сделать печатную журналистику снова крутой в Толидо, Огайо.
В шоураннерском кресле Грег Дэниелс, который выпустил «Офис», «Парки и зоны отдыха» и работал над «Симсонами». Ему хорошо удаются ситкомы, но «Газета» на них не похожа — попытки героев найти темы для репортажей, читателей и смысл жизни очень обаятельны. Над каждой сценой не разрывает, что неплохо — тихого обаяния в жизни меньше, чем бугаги, и его не хватает.
Но главное в этом сериале не газета и смотреть его интересно не затем, чтобы узнать, вернутся ли тиражи.
Дело в ответе на вопрос, который каждый из нас хотя бы раз в жизни задавал себе, а потом долго и грустно над ним думал: ты хочешь быть главным или счастливым?
Хочешь тиражи, просмотры, зависть, быть примером, везде пожить, сиять в инстаграме, самой худой и молодой, успеть до тридцати, you name it? Или каждый день знать, что то, что ты делаешь — важно.
Нед Сэмпсон в 2025 году искренне верит, что история о том, как на соседней улице прорвало водопровод, нужнее, чем лента Нью-Йорк Таймс.
А если новостей нет, можно написать, что это само по себе хорошие новости.
И всё, и соль передал. Каждый день. Я помню это чувство, его ни с чем не перепутаешь.
Это игла, на которую я подсела еще в 17, когда начала делать сюжеты для спортивных новостей на местном канале во Владивостоке. Негероическое занятие, не сотни тысяч человек смотрели эти новости, не сотни потом слушали меня на радио и читали мои статьи. Я не осознавала тогда, что возделывать кусочек реальности, маленький паззл — и есть то, что я могу, и именно этим могу сделать мир чуть получше (он с моих 17-ти стал сильно менее идеальным; хотя и тогда не был).
Кто-то поржал, слушая мои шуточки по радио? Кто-то прочитал, что в Толидо, Огайо, теперь не будут заламывать цены на ортопедические матрасы? Владелица маленького собачьего приюта в Подмосковье смогла немножко выдохнуть, потому что какая-то незнакомая девочка прислала приюту 500 рублей, и вот она выдохнула и написала пост про собаку — а собаку раз, и забрали в настоящий дом?
Вот для чего всё это. Чтобы делать и думать: блин, ну я рада (или рад) еще пожить, так здорово у меня выходит.
И вот когда поймешь, что делаешь ровно то, что тебе надо и важно, может, и просмотры будут, и печатная пресса вернется в чарты и станут люди покупать газеты и хранить их, ведь “в газету человек может завернуться, а в блог — нет”, как говорит Нед Сэмпсон. Ну и вернулись же в моду джинсы с низкой талией (но это потому что кто-то грешил, наверняка).
#выпосмотрите