💥💥💥💥💥💥
Чтобы скрасить ожидание обновления, принесла вам небольшую зарисовку по прекрасной паре из любимой Пси.
Лу оставила короткий поцелуй на месте нового шрама, чуть выше правой лопатки. Прижалась губами к горячей влажной коже и прикрыла глаза. Тихо вздохнула, сожалея о том, что вновь причинила боль, заставила волноваться. Чувствуя раздражение Йонаса, казавшееся почти осязаемым, сильнее обхватила его руками, до боли вжавшись грудью в его словно окаменевшую спину.
— Прости… — прошептала едва слышно.
Тихий вздох послужил ей ответом.
Лу просила прощения не за то, что словила две пули и едва не умерла, защищая Иво. Не за то, что готова была сделать это ещё десятки раз, если потребуется. Не за то, что считала это правильным и не за то, что после недавнего переворота постоянно пропадала на службе до глубокой ночи. Несмотря на открывшуюся правду и на роль, которую сыграл Мартен в жизни псиоников, Йонас по-прежнему при каждом удобном случае не стесняясь в выражениях высказывался о работе Лу. Он не понимал её самоотверженности и желания быть частью тех, кто сломал систему и продолжал это делать, но принимал. Принимал, потому что любил. И сейчас Лу просила прощения за пережитый им страх. Страх потерять её навсегда…
Они стояли под упругими струями тропического душа. Вода обрушивалась сверху, била по телу, вызывая приятное покалывание. Небольшое пространство заволокло паром, жаркий влажный воздух сгустился от повисшего между ними напряжения. Пожалуй, впервые за последние недели выдался относительно спокойный вечер, который они могли провести вдвоём, и Лу не хотела тратить его на бесполезные разговоры, в которых всё равно невозможно было найти правду, приемлемую для обоих.
— Прости, — вновь повторила она, — я постараюсь больше не подставляться.
Оба прекрасно знали, что Лу соврала. Йонас горько усмехнулся, произнёс как-то обречённо:
— Если ты думаешь, что твои жалкие извинения что-то изменят, то чертовски ошибаешься. — Добавил, помолчав немного: — Как же я ненавижу твою долбаную работу…
— Нет ничего плохого в том, чтобы сражаться за лучшую жизнь, — мягко возразила Лу.
— Нет ничего хорошего в том, чтобы сдохнуть в этом сражении, — парировал Йонас.
Лу вздохнула, признавая поражение. Вновь поцеловала свежий след от пули и отстранилась, позволив водяному потоку образовать между ними стену.
Йонас развернулся. Их взгляды встретились в смазанном полумраке душевой. В её глазах горело упрямство и уверенность в своей правоте, в его — печальная нежность и принятие ситуации.
Короткое движение навстречу, и Йонас, склонив голову, прижался своим лбом к её. Лу прикрыла глаза и, тихо, облегчённо выдохнув, улыбнулась. Тугой узел в груди ослаб, гроза миновала. Они замерли так на короткое время. Вода стекала по лицам, бежала по обласканным теплом телам, успокаивая, даря умиротворение.
Лу сократила расстояние до минимума, уткнулась носом в шею Йонаса, а тот сомкнул объятия, давая понять, что уже не сердится, вновь смирившись с тем, на что не в силах повлиять.
— Твоя жизнь — слишком дорогая цена, которую я не готов заплатить, — произнёс негромко, ставя точку в произошедшем, — но если готова ты, то мне остаётся лишь принять этот выбор.
Лу подняла голову и заглянула в родные глаза. Сказала о том, о чём говорила слишком редко — не потому, что не считала важным, а потому, что боялась этих слов. Но сейчас они словно против воли сорвались с губ, как самое важное откровение:
— Люблю тебя.
— И я тебя. Чокнутая моя, — ответил Йонас, тепло усмехнувшись и лишь сильнее прижав её к себе.
На некоторое время окружающий мир перестал существовать, остались лишь тесное, застланное паром пространство и два человека, нашедшие друг в друге тихую гавань.
Текст и обработка от
вашей Рыбки.
Специально для
Шатра Шута.
#рыбка_пишет
#пси #йонас