«В какой цвет окрашена музыка?»

На этот вопрос большинство людей не сможет ответить. Некоторые посчитают его странным. Но не синестетики — люди, у которых сигналы от органов слуха и органов зрения сливаются в единую картинку.

Синестезия (или «цветной слух») была у таких композиторов, как Вагнер, Берлиоз, Римский-Корсаков.

Александр Николаевич Скрябин тоже имел «способность» видеть звуки как определенные цвета. И благодаря этому подарил миру первое светомузыкальное произведение в истории — «Прометей» («Поэма огня»).

Это работа невероятной красоты. Возвышенные мотивы с повелительными интонациями в исполнении органа, хора, оркестра и фортепиано заставляют буквально замереть на все 24 минуты, что длится «Поэма огня».

Еще большую грандиозность выступлению придает световое сопровождение, задуманное автором. Скрябин не только построил целый спектр, присвоив нотам свои цвета (до — красный, ре — желтый, ми — голубой и т.д), но и внедрил эту идею в свою музыку. Так в партитуре «Прометея» появилась специальная световая строка — партия света «Luce».

Доминирующими цветами, через которые воплощается борьба духовного и материального, Скрябин выбрал фиолетовый и красный соответственно.
К слову, финал поэмы «окрашен» в фиолетовый.

В то время технически соединить фортепиано со световым аппаратом так, как хотел Александр Николаевич, не получилось. Но сегодня зрители концертных залов, где исполняется «Прометей», имеют возможность увидеть музыку глазами композитора.