«Театральный журнал» Издательства ГИТИС — это иллюстрированное печатное издание и электронный портал для людей, увлечённых театром
Сайт: https://journal.theater/
Post #7471
210







В рамках IX Большого Детского фестиваля театр «Кукольный формат» из Санкт-Петербурга сыграл спектакль «Лёля и Минька». Подробнее — #София_Подопросветова⬇️
«В эпоху популярности доморощенной психологии и вездесущей спекуляции на детских травмах — истинных и мнимых — непонятно, как относиться к рассказам Михаила Зощенко. С одной стороны, это знакомые нам с детства, полные грустного обаяния истории. С другой — отличный материал для психологических раскопок, и здесь велика опасность сделать хоррор о неправедных методах воспитания. Режиссёр и автор инсценировки Арина Юдинцева отказывается от психологического прочтения и ставит спектакль о том, что такое хорошо, а что такое плохо — причём явно с точки зрения родителей, а не детей.
Скромное сценическое оформление (платяной шкаф, семейные портреты в форме медальонов, чемоданы) и костюмы артистов намекают на начало XX века, но любая ассоциация, попытка включения в контекст опрокидывается игровой природой спектакля. Его основа — разнообразные гэги и трюки, пародии и импровизации; доведённые до совершенства, они могли бы перевести Зощенко в эстетику Хармса — с его абсурдом, выпадением из реальности и изживанием страха смехом. Наблюдая за бабушкой, сделанной из портрета-медальона и пальто, или ожидая, когда мама-портрет снова упадёт в обморок (на бок) и выбросит ножки, дети, очевидно, забудут о любых нравственных идеях, и это нормально: чисто техническая изобретательность некоторых сцен заставляет забыть о них и взрослых. Но не забывает режиссёр: каждая история венчается песенкой о морали — артисты поют вполне осознанно, приподнято-одушевлённо, как на утреннике в детском саду. Даже пронзительный финал рассказа „Тридцать лет спустя“, где взрослый Минька едет к сестре в Симферополь, чтобы обнять её, на сцене выглядит весёлой раздачей подарков. Ценно, что создатели спектакля не фокусируются на горечи детских ошибок — но вместе с темой отцовского воспитания они отказывается и от темы памяти. Условный мир не рисует ни исторического прошлого, ни личного прошлого героев; детские образы размножены на актёров, портреты-медальоны и кукол, причём куклы оказываются самыми живыми и непосредственными; оголённый комизм превращает драматические ситуации в набор сиюминутных трюков. А как бы кто ни относился к „Лёле и Миньке“, эти рассказы вряд ли про сиюминутность».
Большой Детский фестиваль проходит с 2018 года, он включён в национальный проект «Семья» и проводится в рамках федерального партийного проекта «Культура малой Родины» при поддержке Президентского фонда культурных инициатив и Министерства культуры Российской Федерации.
«В эпоху популярности доморощенной психологии и вездесущей спекуляции на детских травмах — истинных и мнимых — непонятно, как относиться к рассказам Михаила Зощенко. С одной стороны, это знакомые нам с детства, полные грустного обаяния истории. С другой — отличный материал для психологических раскопок, и здесь велика опасность сделать хоррор о неправедных методах воспитания. Режиссёр и автор инсценировки Арина Юдинцева отказывается от психологического прочтения и ставит спектакль о том, что такое хорошо, а что такое плохо — причём явно с точки зрения родителей, а не детей.
Скромное сценическое оформление (платяной шкаф, семейные портреты в форме медальонов, чемоданы) и костюмы артистов намекают на начало XX века, но любая ассоциация, попытка включения в контекст опрокидывается игровой природой спектакля. Его основа — разнообразные гэги и трюки, пародии и импровизации; доведённые до совершенства, они могли бы перевести Зощенко в эстетику Хармса — с его абсурдом, выпадением из реальности и изживанием страха смехом. Наблюдая за бабушкой, сделанной из портрета-медальона и пальто, или ожидая, когда мама-портрет снова упадёт в обморок (на бок) и выбросит ножки, дети, очевидно, забудут о любых нравственных идеях, и это нормально: чисто техническая изобретательность некоторых сцен заставляет забыть о них и взрослых. Но не забывает режиссёр: каждая история венчается песенкой о морали — артисты поют вполне осознанно, приподнято-одушевлённо, как на утреннике в детском саду. Даже пронзительный финал рассказа „Тридцать лет спустя“, где взрослый Минька едет к сестре в Симферополь, чтобы обнять её, на сцене выглядит весёлой раздачей подарков. Ценно, что создатели спектакля не фокусируются на горечи детских ошибок — но вместе с темой отцовского воспитания они отказывается и от темы памяти. Условный мир не рисует ни исторического прошлого, ни личного прошлого героев; детские образы размножены на актёров, портреты-медальоны и кукол, причём куклы оказываются самыми живыми и непосредственными; оголённый комизм превращает драматические ситуации в набор сиюминутных трюков. А как бы кто ни относился к „Лёле и Миньке“, эти рассказы вряд ли про сиюминутность».
Большой Детский фестиваль проходит с 2018 года, он включён в национальный проект «Семья» и проводится в рамках федерального партийного проекта «Культура малой Родины» при поддержке Президентского фонда культурных инициатив и Министерства культуры Российской Федерации.
- ❤ 5
- ❤🔥 2
- 💘 2


















