Жил-был человек в оранжевой жилетке.
Кругом одни дельцы и не с кем детям поиграть,
А ведь у них уже давно потехи час,
Но вот пришёл отец и хочет уходить опять,
Они ему кричат: «Ну посмотри на нас!»
Как и гуманистический короткий метр «Снежинка и Снеговик», новая картина Виталия Суслина обращена к «маленькому» человеку. Работник управляющей компании «Благоустройство» (одна из лучших ролей в карьере Сергея Степанченко), кажется, любит свою работу. Каждый день он опустошает мусорные баки при помощи мини-крана на машине и включает разноцветные фонтаны в парке.
Мужчина в меру наслаждается тем, за что отвечает. Он из тех, кто умеет чинить всё, что под руку ни попадётся, однако наладить отношения в семье не в состоянии. Да, завязка обыденная, но её течение по-суслински необыкновенное. Сын убивает время, играя в GTA, и не особо готовится к предстоящей свадьбе. «Не ходи к отцу, он сумасшедший», — бросит невеста, когда батя неожиданно заглянет в гости.
Повествование напоминает отлив на море — такое же степенное и размеренное. Быть может, даже слишком, учитывая, что каких-то действий на экране минимум. В семье не принято говорить, странные приколы («Угадай, в какой руке», — обращается к сыну персонаж Степанченко в надежде на обратную связь) отклика не находят. Эта кольцевая структура в определённый момент набивает оскомину, как и пестрота фонтана, в водяных струях которого прыгают и дети, и сам сотрудник «Благоустройства».
Говорящее название (никакого блага устроить не удаётся) в совокупности со множеством деталей, расставленных по фильму как капканы в лесу вроде бы нацелены на подключение зрителя. Сказать, что оно происходит, затруднительно, хотя некоторые аспекты, не сработавшие при активном участии Степанченко, неожиданно всплывут во второй, трагической половине фильма.
Теперь «наследником» молчания становится сын (Иван Василевский) — аморфный, безвольный мужчина, которого отличает будто бы повсеместное безразличие. Отец, судя по всему, не передал ему главного — умения радоваться жизни во всех её проявлениях. Проживание эмоционального потрясения наряду с избиением «говорящей» груши вроде бы даёт какие-то плоды осознания, но это неточно.
Суслин отказывается от морализаторства в пользу немой демонстрации, не выбирая сторону. Наверное, по-режиссёрски так правильно, но по-человечески переживания на экране едва ли реально откликаются по эту сторону экрана. Просто скользят по касательной и напоминают о мире, где внешнее (общественное) как бы исправно, а внутреннее (семейное) щемит в ожидании аварийной службы. Мама — анархия, папа — мужик в жилетке.
#ОкновЕвропу2026
✧ Поддержать: Boost | Tribute | Boosty