Хочу любить тебя и ни о чём не думать ©
Я их приводил в свой прекрасный дом,
Их вином поил и развлекались мы потом.
Иногда у них лёгкий был испуг
От прикосновений к нежной шее крепких рук.
Новая картина Никиты Миклушова открывается едва заметным постером «Забавных игр» Ханеке (будет и крупный план, чтобы заметил и слепой). Закрывается разговором о детях, будущем и «проблеме вагонетки» без идеального решения. Словом, диапазон межличностных неурядиц и психологического насилия во всей красе.
Артём и Таня — бывшие, которые продолжают жить вместе и путать спонтанный секс с «жили долго и счастливо». Тане снится сон, в котором Артём, избитый до неузнаваемости, целует её и отчего-то просит прощения. Вокруг молодых и уже не близких — бычки сигарет, бутылки вина и разбросанное бельё, аромат которого Артём вдыхает, смотря порно.
Тот случай, когда ему что-то показалось, а для неё «занятие сексом» — не «занятие любовью». Тем более любовью она уже занималась, ей было «очень хорошо». «Хочешь спросить, какой у него или в каких позах?», — бросает Таня будто издевательски. Где-то здесь я уже ненавижу фильм и мечтаю, чтобы его посмотрели все мои бывшие. В то же время восторгаюсь талантом одного из любимых современных режиссёров, ведь он пробудил во мне ненависть, а мог бы остаться непричастным.
«Времена любви» — живописный (местами нежный, а где-то откровенно истеричный) портрет созависимых отношений. Того сорта близости, с которым либо идут к семейному психотерапевту, либо решаются на измену, как в фильмах с Евгенией Громовой, либо оказываются за решёткой. «Мы переспали, для тебя это ничего не значит?», — задаётся простым вопросом Артём. Оператор крупным планом показывает нож на столе, наш макгаффин в ожидании катастрофы.
Ответ Тани тонет в неопределённом словоблудии. Какая разница, секс это или любовь, если у обоих актов нет ни нотариального заверения, ни обязательств? Обоюдные (и детальные) признания в изменах звучат как исповеди, отражающие не глупость аморально-ублюдочного поступка, а тяжесть молчания, с которым живёт человек, ни в чём не признающийся. Вот это поворот!
Noize MC* в рот **** Первый канал, а герои на экране сделали тоже самое с чувствами друг друга. В разрезающей воздух грубости — боль, смешанная с неуважением, презрением и агрессией. В лучших традициях лекций любого кризисного центра для пострадавших (не только женщин) будут и объятия на бегу, и камео «кинокритического зверья» в лице Вадима Рутковского (дважды), и бесконечные поцелуи, и новая порция болезненных откровений.
Ханеке на стене — не красивая декорация, а подсказка, которую Миклушов разжуёт несколько раз. История о том, как превратить близость в территорию недоверия, слежки и перманентного сведения счётов, кто кому что должен и обязан. Что остаётся двум бывшим в сухом остатке? Потрахаться, держаться подальше от ножей и дождаться, наконец, пиццы.
После финальных титров я продолжаю ненавидеть. Осталось понять, себя за ошибки прошлого или фильм «Времена любви» за то, что напомнил мне о них.
#ОкновЕвропу2026
* — признан иноагентом в РФ
✧ Поддержать: Boost | Tribute | Boosty