В чате подняли интересную тему — что условному Егору Беликову нужно сделать, чтобы снова стать топовым кинокритиком и нужно ли обществу задумываться о «процедуре отмены отмены», т.е. о возможности реабилитации «отменённых».

И вот что я думаю.

Какая-то единая для всех «процедура отмены отмены» невозможна по определению, потому что и единой «процедуры отмены» не существует — каждый раз «отменой» называют уникальный набор факторов, зачастую кардинально различающихся по степени вины, степени её признания, степени реакции общества и степени реакции обладающих властью людей. В случае с Беликовым произошло очень неудачное для него сочетание факторов — он оказался достаточно известным, чтобы это дело заинтересовало кого-то за пределом маленькой тусовки, но при этом недостаточно значимым, чтобы преимущества сотрудничества с ним перевешивали риски для изданий.

Плюс он ещё несколько раз после скандала — и на интервью Собчак, и в подкасте Красильниковой — самостоятельно закапывал себя всё глубже и глубже, демонстрируя полное непонимание собственных проблем. Если у него и были шансы изменить общественное мнение о себе, в этих разговорах они были окончательно упущены.

При этом хорошо подмечено, что ему сложно будет снова стать именно «топовым» кинокритиком, потому что в целом писать про кино и не только ему никто не запрещает, и он публиковался после скандала — в «Базе» под своим именем, в «Ноже» под псевдонимом, может, и ещё где, и какой-то сильной реакции общественности это не вызывало. Не говоря уж о том, что кинокритиков сейчас чаще читают в тг-каналах, чем в изданиях.

А кейсы «отмены отмены» существуют, причём в двух вариантах. Бывает, неприятная история просто затирается, замалчивается, фанбаза сохраняет артисту доход и статус, а на возмущения в соцсетях мало кто обращает внимание, и они постепенно затихают и перестают иметь какой-либо реальный вес (как, к сожалению, получилось с Оксимироном).

А бывает, что провинившийся человек действительно рефлексирует и над своим поступком, и над более общим контекстом — например, над динамикой власти в своей индустрии, реально меняет своё поведение и помогает изменить саму культуру насилия, что не для всех, но для большинства становится поводом для прощения (так получилось, например, с Дэном Хармоном, создателем «Сообщества» и «Рика и Морти»).

Второй вариант требует от селебрити гораздо больших усилий и меньшего нарциссизма. Надо ли говорить, что он несравнимо более редкий