«Поплохело тебе или че? Помочь чем?» — услышала Ася мужской голос.
Очнулась. Вскочила на ноги. От нее отшатнулся Саныч.
— Ну, заполошная, че с тобой?
Сердце колотилось. Только сейчас ощутила боль… Вскрикнула и разжала кисть. Кулон упал на пол. Ася посмотрела на ладонь… Испачканная сажей кожа побагровела, а кое-где даже вздулась пузырями.
— Это как же… — не понял старик, рассматривая ожог.
Наклонился, чтобы поднять с пола кулон.
— Ты смотри, так он горячий… — произнес удивленно.
— Давно вы тут?
— Нет, только пришел проведать, а ты с закрытыми глазами на полу сидишь. Не решился окликнуть. А потом гляжу, побледнела, задышала шумно, зрачки под веками забегали. Вот и подумал, что плохо тебе. Не ошибся? Чего произошло-то?
— Есть у вас аптечка?
— У меня все есть. Сюда принести или в мою каморку спустишься?
— Давайте к вам, — выбрала Ася.
Прежде чем выйти, спрятала материалы и коробку обратно в сейф.Саныч посоветовал подержать ладонь под струей холодной воды, потом ловко обработал ожог и наложил стерильную повязку.
— Садись, чаем тебя напою. Расскажи старику, что это с тобой приключилось?
— Работала с вещественными доказательствами. У меня свой метод.
— Понимаю. Как же твои способности называются?
— Я не делаю ничего такого, чего не могут другие.
— Твоя правда. Все могут. Однако получается у единиц. Ну, может, сотен. Это требует смелости, силы и воли. Вижу, что ты пока вслепую, на ощупь, идешь. Защищать себя еще не научилась.
— А вы откуда это знаете?
— Давно живу. Почитай, большую часть жизни в архивах провел. А каждое дело — человеческие судьбы. Ни в одном учебнике такого не прочитаешь.
— Не пойму, вы дела изучаете?
— Увлекательное это занятие, я тебе скажу. Тут и личное, и процессы, происходящие в обществе, в такой тесный узел переплетаются, и не где-то там, а здесь, в городе, где каждый переулок знаком, — с воодушевлением делился Саныч.
— Вы меня удивляете!
— А ты не смотри, что мне девятый десяток. Я любопытный. Сначала просто дела читал. А однажды представить попробовал. Думаю, знаю же я это место… Как же у них это получилось? Кто и как себя повел? Почему?
— И что?
— И как в кино очутился. Ох и раззадорило меня это. С тех пор практикую.
— Как это с вами происходит?
— Дак как… Р-р-раз — и смотрю. Кажется, что руку протяну и возьму со стола кружку «Вятской Баварии» от Карла Отто Шнейдера. Вот насколько реально. Но так, как у тебя — никогда не бывало.