В преддверии завтрашнего праздника любви и света посетил два мероприятия.

Первое — «Тюльпаны» в кино. Ну, грустно. Фильм очень несмело и не слишком внятно поднимает, как минимум, две важные проблемы: инклюзивности и безбарьерной среды для маломобильных; и женской эмансипации. Обе катастрофически актуальны, но воспринять их всерьез не получается: есть другие зияющие проблемы, которые требуют первоочередного решения. Этот слон в комнате будто говорит «не до женщин и инвалидов сейчас, мы музыку и кино цензурируем, да вражеские мессенджеры блокируем». В фильме почему-то пользуются Apple Pay, навигатор у героев почему-то не показывает вечное Шереметьево, а по фонам в квартире то и дело почему-то мелькает акула из Икеи. Фильм, как и большинство сейчас, в капсуле времени, где-то между вчера и позавчера.

Второе мероприятие — форум в киношколе «Индустрия» с участием шести интереснейших девушек: Алины, автора канала «улица Балабанова»; Насти-продюсера; Олеси Грибок-талент-менеджера; Даши Блохиной-актрисы; Аксиньи Борисовой-сценариста и Ани Цукановой-Котт-актрисы. Говорили о женщинах в российской киноиндустрии. Удивительно, но со многим сказанным не согласен. Имея очевидный гендерный дисбаланс почти в каждом цеху, девушки довольно единодушно жаловались на женщин постарше, цитировали Никиту Михалкова (не в ироничном или осуждающем ключе). На вопрос о численном преимуществе мужчин в режиссуре ответом было примерно «там надо драться за власть, мужчины в этом лучше, а женщины мягче, нас много в образовании, и это правильно». Скорее всего, это не мнение каждой, но это высказывание не встретило ни протеста, ни контраргументов. Показалось, что девушек, за исключением гонораров, которые у мужчин в среднем гораздо выше, всё устраивает. Очень надеюсь, что я ошибаюсь и что-то неправильно понял или услышал.

В центре Москвы нет интернета. Совсем. Мы все дальше движемся во тьму. Цензурных слов об устроителях этого всё меньше.