Но это сказала Альг, я не могу ей верить, не потому что не хочу, а именно потому что не способен на такое.
-Но если они всё-таки меня убьют? Возьмут и убьют, они же меня ненавидят.
Я случайно включился в разговор Тенлина и Рай.
-Да чёрта лысого, они не могут этого сделать, не бзди.
Рай потеребила Тенлина за руку, что шло контрастом с её грубоватым монотонным голосом, которым она никогда высоко не говорила, что придавало грозность. Я порой склонялся к тому, что она по-другому просто не умеет, а именно разучилась говорить.
-Но я боюсь умереть.
-Они не убьют тебя, мы в цивилизации живём.
Рай улыбнулась, она всегда улыбалась так, будто пытается подавить улыбку, и это неуверенно выглядело, будто она опасалась того, что улыбаться нельзя. Я посмотрел на свой бинт, цивилизация… Ведь если представить, то сегодня я мог не прийти на пары, и причина тому была, то, что меня убили. Бирюк запросто мог это сделать, либо та машина, но это случайно было б. А Бирюк мог намеренно меня убить, забить своими крепкими кулаками в броне, мусоля мою кровь и плоть, и меня бы не было сейчас здесь. Рай наверное тогда Тенлину не затирала, про то, что его не могут убить, потому что ещё как могут. И я ведь мог убить Бирюка, я даже почти это сделал. Убийцей быть противно, может быть, я бы корил себя за это, мучал, мстил бы себя. Либо это пройдёт мимо меня, и я забуду на следующий же день, что убил. Беркут, человек в маске, безликий человек, такого убить не жалко, тем более не жалко убить тех, в чёрном, эсклаво, как их назвал Бирюк. Я не уверен в том, что они люди. А если убить человека с именем и лицом, с историей, убить кого-то? Я представил. Дёрнулся. Сглотнул рвоту. Ужасно. Убить человека.
-Ты чего, родной?
Рай придвинулась ко мне.
-Да ничего.
Альг говорила, что я убиваю этим. Убиваю, это убил, но постепенно, это процесс. Липкое противное ощущение обтекало меня, охватывало, закрывая поры на коже, утяжеляя давящий воздух. Убиваю.
-Задумался о человеке, с которым подрался.
Добавил я, слова рождались с трудом. Неужели правда так тяжело взять и сказать, настолько закрыт в себе, что уже не могу это спокойно выпускать на публику, в лице двух моих… знакомых. Рай посмотрела на меня как-то странно, но что имено странно, я не понимал.
-Надеюсь, что разговор с деканатом не приведёт к плохим последствиям. Такой холодок проходит, когда я о нём думаю.
Тенлин доел всё и теперь мусолил рукав свитера. Рай вздохнула:
-Ты победишь, и твои родители будут запуганы до усрачки тем, что могут пожаловаться в органы опеки, что им не выгодно, так как твоего младшего брата они ценят, либо деканат вообще заставит твоих родителей разрешить тебе жить у бабушки, а она тебя не тронет. Так точно будет, я уверен в этом.
Меня часто удивляла способность Рай терпеть всё нытьё, и придумывать мотивационные речи, это достойно похвалы, так как не каждый оьладает такой выдержкой. Рай в целом достойна похвалы.