Tekhty

История ёжика в трёх актах

Guardian of the rudzyng

https://t.me/sputnikossetia/44450

Да здравствует наш суд — самый гуманный суд в мире!

Рухсаг у, Цугри

Не, ну приятно. Очень приятно

Представьте

Вы едете в Южную Осетию
Проезжаете Рукский туннель
И видите такую красоту

Это Швейцария

Я тут с Джоном и Фунтиком стикерпак забахала

https://t.me/addstickers/Jon_Funtik

🐝

Концерт «Пикника» в память о жертвах теракта в «Крокусе» начался в Петербурге. RT ведёт прямую трансляцию.

Смотрите в нашем Telegram-канале.

А также на RUTUBE: https://rutube.ru/video/839194e34bfe5ab01f74826360784610,

в VK: https://vk.com/video-40316705_456444244

и ОК: https://ok.ru/live/group/57008216342566.

🟩 RT на русском. Подпишись

Хочу рассказать вам немного о том, что скрыто обычно за занавеской, и вы никогда об этом не задумываетесь. Я о работе новостных журналистов во время крупных трагических событий.

Представьте себе, что вы вынуждены стать свидетелем самых ужасных, пугающих, отвратительных вещей. Вы не можете сказать себе: «Не буду ничего смотреть и читать, и так тяжело!» Нет, вы вынуждены отсмотреть каждое видео – видели же записи из «Крокуса?» – вы ищите людей, вы слушаете их истории, они плачут вам, вы пытаетесь их утешить – но не можете – и не смогли бы при всем желании.

Не нравится – уйди! И многие уходят. В среднем, журналист-новостник способен отработать, оставаясь в адекватном, нормальном состоянии, не более года. Уже после первых шести месяцев начинается очерствение, добавляется цинизм – а вскоре – одиночество. Каждый из нас сейчас кивнёт понимающе – но, будучи новостником, ты оказываешься изолирован от окружающих, от друзей и родных в своём частном мире. Работа поглощает тебя, забирает твои мысли и память – ты забываешь о днях рождения, но помнишь имена подозреваемых, даты трагических событий, странные, ненужные, чудовищные факты, которые, по-хорошему, стоило бы забыть. Это профессиональная деформация. Те, кто отработали более трёх лет в этой профессии, замечают очень неприятные шрамы на своей психике. У каждого из нас есть своя, «особенная» тема-история-новость, которая нас ломает и выкручивает, которая нас преследует в будущем и остаётся с нами навсегда. Погружаться в работу – это иногда ещё и так.

Я отработал в новостной журналистике чуть более 13 лет и каждый из них отпечатался на мне. Представьте себе состояние, когда вы знаете абсолютно все самые страшные и неприятные способы, как может погибнуть человек. Представьте себе, что вы видели абсолютно всё – а человек точно не должен видеть всё, он не должен видеть очень многое из того, что вы видели. Я видел завязанные в мясной узел человеческие тела после крушения поезда в московском метро. Представляете себе? Руки, ноги, тело, но всё как-то странно скручено, слово узел на галстуке, и острые розовые кости торчат. Я видел детей, погибших под колёсами грузовиков – просто ехал на велосипеде и случайно упал с тротуара на проезжую часть – я видел запись с регистратора. Я знаю, что может случиться с человеком дома, что может с ним случиться на улице, в поезде, в автомобиле, во сне, за столом. Я видел, кажется, вообще всё.

Это наложило страшный отпечаток на личность – я страдал от сильнейшего тревожного расстройства, бесконечно просчитывал все возможные варианты того, как могут погибнуть мои близкие. Я плохо спал – и от периодических бессонниц я до сих пор не могу спастись.

Этот пост – пост уважения моим коллегам бывшим и действующим, которые остаются в профессии и работают, которые достойно отработали теракт в «Крокусе», и отрабатывали до этого другие, не менее страшные истории. Вы/мы выбрали очень тяжёлую, больную профессию. По-хорошему, этого делать не стоило бы.

Но уж как сложилось.

Реакция Джона, когда я умиляюсь другим собакам

Но Южную Осетию и Абхазию это не касается

https://t.me/SputnikGeorgia/34287

Ничего, ничего не бойся

Глаза очерчены углем,
И капли ртути возле рта,
Побудь натянутой струной
В моих танцующих руках.
Каких бы слов не говорил,
Такие тайны за тобой,
Что все заклятия мои
Тебя обходят стороной.

Открыта дверь тебе, я жду,
В одну из пепельных ночей,
И твои руки обовьет
Змея железных обручей.
Один лишь шаг до высоты,
Ничуть не дальше до греха,
Не потому ли в этот миг
Ты настороженно тиха.

Глаза очерчены углем,
А ты не выпита до дна,
И этой прихотью одной,
Душа беспечная больна.
И я надеюсь, этот мир
Не утолит тебя ничем,
И на руках твоих уснет
Змея железных обручей.

https://youtu.be/Io1RhplfgJo?si=oyRStMM7zuU74sLF

…