Давайте с основ — люблю зайти издалека.
Тире впервые описывается в «Российской грамматике» А.А. Барсова, и было это в 1788 году. Использовать такой знак начал Карамзин, и, разумеется, было это примерно в тот же период. До этого знаменательного события горизонтальная черточка в русском правописании была только одна, и называлась она единительным знаком, теперь мы знаем этот знак как дефис, и нужен он был, как ясно из названия, для соединения частей слова.
Тире поначалу называлось молчанкой, отсюда хороша видна его функция — стоять на месте чего-то, о чём молчат: то ли части высказывания, то ли опущенного со временем глагола-связки (то самое тире между подлежащим и сказуемым), то ли союза в сложном предложении. Потом его называли чертой, знаком мыслеотделительным, пока наконец не подрезали из французского языка слово «тире» от франц. tiret — чёрточка, является производным от tirer — тянуть.
Молодой знак быстро вошёл в моду среди писателей, поэтому литература XVIII века нередко болеет тем, что я называю тирестрянкой — когда тире чуть ли не через слово и вместо пробелов. Вот посмотрите:
Одна Лиза, — которая осталась после отца пятнадцати лет, — одна Лиза, не щадя своей нежной молодости, не щадя редкой красоты своей, трудилась день и ночь — ткала холсты, вязала чулки, весною рвала цветы, а летом брала ягоды — и продавала их в Москве.
Она бросилась в его объятия — и в сей час надлежало погибнуть непорочности! — Эраст чувствовал необыкновенное волнение в крови своей — никогда Лиза не казалась ему столь прелестною — никогда ласки ее не трогали его так сильно — никогда ее поцелуи не были столь пламенны — она ничего не знала, ничего не подозревала, ничего побоялась — мрак вечера питал желания — ни одной звездочки не сияло на небе — никакой луч не мог осветить заблуждения. — Эраст чувствует в себе трепет — Лиза также, не зная отчего — не зная, что с нею делается... Ах, Лиза, Лиза! Где ангел-хранитель твой? Где — твоя невинность? (Н.М. Карамзин «Бедная Лиза»)
Первое предложение из примера могу разобрать, выкинув все до единого тире, и это не нарушит ни одного закона пунктуации.
Тогда, впрочем, пунктуация как наука ещё только-только зарождалась, и главный принцип постановки знаков в основном опирался на интонацию (подход так и называется — интонационный), а правила ещё особо не сформировались. Прочтите цитаты вслух, делая томные сентиментальные вздохи на месте каждого тире, и быстро поймёте, в чём тут суть (за гипервентиляцию редакция канала «Технотекст» ответственности не несёт).
Дефис же давно и успешно выполнял свою соединяющую функцию: кто-то, где-то, видимо-невидимо. Его название, кстати, от немецкого Divis, а туда пришло из латыни, где divisio – разделение, расчленение.
В XIX веке появляются предки клавиатур — печатные машинки, и там тире уже несколько задвинуто на второй план: для его постановки надо зажать Shift, и только потом тыкнуть соответствующую кнопку. Конечно, машинки поначалу были инструментом дорогим, широкому пользователю недоступным, а использовали их не для комментариев в соцсетках, а для важных текстов, которые должны были быть грамотными по всем фронтам; так что, нравится тебе или нет, но будь любезен использовать комбинацию клавиш и ставить тире.
Компьютерные клавиатуры вместе с раскладкой QWERTY унаследовали и усложненный доступ к тире: в некоторых системах уже даже не хватает просто Shift — так ставится среднее тире, в русской орфографии особо не используемое — а нужна комбинация аж из трёх клавиш. А уж на телефонных клавиатурах тире порой надо искать в дополнительном подменю, так что до знака добираешься спустя чуть ли не десяток касаний.
С распространением компьютеров расширилась и сфера их применения: они теперь нужны не только для работы, но и, например, для написания текстов в соцсетях и блоге, где требования к грамотности куда ниже, а ещё для неформального общения, в котором можно пренебречь не только тире, но и всеми другими знаками и половиной букв в придачу.