Вчерашний антикоррупционный иск прокурора Татарстана Альберта Суяргулова против бывшего судьи Арбитражного суда РТ Аделя Минапова весьма примечателен.

«Бизнес Online» называет его первым антикоррупционным иском в отношении представителя судейского корпуса в республике. И это можно рассматривать как начало процесса расчистки «Авгиевых конюшен» в судейской системе РТ. А если учесть, что прошлогоднее назначение бывшего генпрокурора Игоря Краснова на должность председателя Верховного суда РФ состоялось с прицелом на зачистку судейского корпуса от коррупционных элементов, то действия прокурора Татарстана следует рассматривать именно в этом русле.

Иск подан в Советский районный суд Казани. И будет интересно посмотреть, какое решение по итогам процесса будет принято. Не секрет, что судейский корпус отличается высокой корпоративной солидарностью, поэтому результат будущего процесса пока неочевиден. С другой стороны, мы помним и мнение экспертов из силового сообщества, которые по итогам 2025 года сделали вывод, что если антикоррупционный иск предъявляет прокурор РТ Альберт Суяргулов, то выиграть дело не представляется возможным. Правда, это была сказано в отношении проворовавшихся районных глав, но, полагаем, что данное утверждение справедливо и в отношении доселе неприкасаемых представителей судейского сообщества.

А ворошить судейский корпус Татарстана на предмет вероятных коррупционных связей у прокуратуры РТ есть все основания. «Бизнес Online» в одной из прошлых публикаций обратил внимание «на связь между делами бывшего главы Тукаевского района Фаила Камаева и экс-главы загса РТ Гульшат Нигматуллиной. На первый взгляд ничего общего: одного судили за взятку, другую — за махинации с обналичкой премии. Камаев полностью признал вину, дал показания по другому делу — в отношении Фаттахова. Нигматуллина же на протяжении всего процесса отказывалась давать показания, вину признала лишь частично, не согласившись с квалификацией. В итоге она получила условный срок, а Фаил Мисбахович уехал в колонию, хотя гособвинение просило для него условное наказание. Теперь фигуранты громких дел задумаются: а стоит ли идти на содействие следствию, сдавать своих коллег и начальников, если за молчание можно получить меньше? И больше всех об этом переживают даже не подозреваемые, а силовики, которые годами выстраивали тактику расследования».

Очевидно, что в таком неоднозначном решении вина лежит на судьях, которые, как можно предположить, стали инструментом скрытого противодействия антикоррупционным расследованиям правоохранительных органов. И почему-то нам кажется, что этот эпизод не останется без внимания прокуратуры РТ, поскольку внешний фактор воздействия на судейскую систему здесь явно просматривается.