Многие с удивлением обратили внимание, что перенарезка округов в Вирджинии получила гораздо меньшую поддержку, чем кандидаты-демократы на выборах в этом штате и аналогичная прошлогодняя инициатива в Калифорнии.

Однако я в этом ничего удивительного не вижу.

Во-первых, Вирджиния все еще не настолько синий штат. Да, колеблющейся, как это было в 2000-е, она быть перестала, но Демократы все равно выигрывают ее на президентских выборах с преимуществом в 6-10%, а не 20-30%, как в той же Калифорнии. На уровне местной политики же Республиканцы и вовсе достаточно конкурентоспособны – буквально год назад губернатором штата еще был республиканец Гленн Янгкин, а до конца 2023-го партия Трампа контролировала нижнюю палату местной ассамблеи. Республиканцы способны мобилизовывать здесь голоса, особенно когда дело касается местной политики, к которой частично относится вопрос карты округов.

Во-вторых, джерримендеринг в Вирджинии выглядел менее оправданным, чем в Калифорнии. Гэвин Ньюсом запустил инициативу в своем штате в ответ на конкретные действия Техаса, чтобы восстановить баланс – «вы отбираете 5 наших мест, мы отберем 5 ваших». Поспешно организованная перенарезка в Вирджинии не была направлена на балансировку какой-то конкретной несправедливости, Демократы оправдывали инициативу общей гонкой с Республиканцами. В глазах избирателей это голосование было уже не про справедливость, а про очередной виток джерримендеринговых войн.

В-третьих, референдум прошел на фоне падения популярности демократического губернатора штата, Эбигейл Спанбергер. Она активно поддерживала инициативу, хотя формально и не играла большой роли в ее продвижении. Недовольство некоторых вирджиницев ее работой могло повлиять и на их отношение к референдуму.

Учитывая все вышеописанное, такая неуверенная победа Демократов, на мой взгляд, закономерена.