Вторая часть рассказа про «Этернавт». Теперь поговорим про место, время и его создателей — весь тот контекст, который отправляет и без того великий комикс куда-то в стратосферу.

«Этернавт» ошеломительно аргентинский комикс. И дело не только в узнаваемых локациях вроде Эстадио Монументаль, он же стадион «Ривер Плейт». Мне кажется он ещё дает очень четкое представление об аргентинском мировоззрении в XX веке. Страна вошла в него потенциальной сверхдержавой, а дальше медленно, но уверенно проваливалась в геополитическую периферию. И до чего же это болезненный процесс, особенно когда он проходит на фоне красот Буэнос Айреса, огромной армии и богатой культурной традиции. Как остро ты переживаешь, что всё важное происходит далеко где США вершат историю стратегическими бомбардировщиками и атомными бомбами. И, да, ресентимент, жажда снова стать великими, — разрушительное чувство. Аргентину он привел к унизительной Фолклендской Войне, где об неё вытерла ноги тэтчеровская Великобритания.

«Этернавт» появился во второй половине 1950-х, когда Холодная война уже набрала в полную силу, и Аргентина постепенно становилась полем боя. Это еще не был полноценный ад эпохи операции «Кондор», но СССР и США уже воспринимали страны Латинской Америки как пешки, которыми можно разыгрывать собственные гамбиты. Классический «Этернавт» во многом об этом — про подвиги простых людей, которые остаются незаметными на фоне громогласных заявлений США по радио, которые к тому же оказываются пустыми словами. В обновленной версии «1969» этот антиимпериалистический посыл ярче, там сильные мира сего делают Аргентину территорией отпущения для инопланетного вторжения. Казалось бы, нам как уроженцам одной из тех самых сверхдержав не понять — но вспомните, когда вы в последний раз читали новости, было ли у вас ощущение что вы всё контролируете, что от вас что-то зависит? Хотя зависит невероятно много, и даже не в смысле теории мелких дел  — об этом и «Этернавт».

Еще одна сторона «Этернавта» неожиданно актуальна не совсем по задумке авторов. В комиксе первым оружием пришельцев становится смертельно опасная «зима», из-за которой герои вынуждены конструировать ставшие знаковыми костюмы. Порождена она скорее всего страхом ядерной зимы, который для людей пятидесятых был пугающе реален из-за гонки атомных и прочих вооружений (upd. - поправили что идея появилась позже, в 1970х, тем круче для авторов). Сейчас он, к сожалению, вернулся, но к нему добавился еще и общий климатический кризис — погода в прямом смысле всё чаще убивает людей там, где они этого вообще не ждут.

И, конечно, невозможно говорить об «Этернавте» без трагической истории его сценариста, Эктора Германа Оэстерхельда. Не умаляя достоинств отличного художника Франсиско Солано Лопеза, классический «Этернавт» безусловно сценаристский комикс. Оэстерхельд хотя и всю жизнь прожил в Аргентине, успел поработать с Уго Праттом и Дино Баттальей, повлияв тем самым на европейский комикс. Он во многом открыл миру одного из самых ярких комикс-художников XX века Альберто Бреччиа, с которым помимо прочего сделал роскошную биографию Че Гевары. Но в 1976-м в стране произошел очередной путч и свежие диктаторы вовсю начали бороться с неугодными в рамках так называемой Грязной Войны (расстрелы, исчезновения, пытки под присмотром ЦРУ, полный набор кошмара). Оэстерхельд к этому времени либо уже состоял в партизанской группе «Монтонерос», либо сочувствовал ей. А может новая власть не могла простить ему комикс про Че. В любом случае сценарист уходит в подполье (Солано Лопез вскоре сбежит из страны), но это его не спасает. За полтора года власти по очереди хватают все четырех его дочерей с мужьями, затем и самого Оэстерхельда. Все они исчезнут без следа, их тела не найдены до сих пор.