Мой неклассический «внутренний ребенок», любовь к жизни и важное признание.

Нельзя томить, ни в коем случае. Важно себе признаться: я взрослая. Нежданно и негаданно наступила вот эта мразь на горло — взрослая жизнь, а точнее, осознание этого факта. И я — сильно травмированный в детстве взрослый, который хоть и понимает головой, но всеми силами старается доказать, что это не так.

Вот, представьте себе, теплицу и ее внутрянку. Кто далек от земледелия, я объясню. Теплица (по крайней мере на Севере) — это небольшая постройка, чаще всего без напольного покрытия, которая позволяет взрастить растение нетипичное для земли и природы вокруг. То есть, там есть все, чтобы жить и даже больше, чем у остальной рассады в огороде, хотя почва одна и та же. Так вот. А теперь представьте: в теплице растет что — то невероятно важное для хозяина и наверняка очень полезное, красивое и многообещающее. И в моменте туда подсаживают (а может и сам он туда попал) сорняк. Тот самый, который без вмешательства хозяина убьет все то, на что так надеятся люди. Абсолютно неосознанно. И ничего с этим не делают. Представили? А мне и представлять не надо. Этой метафорой хотелось описать все то, что со мной происходило очень долго. Конечно, я не говорю о том, что моя жизнь — «Мужское и женское» серия номер ??? Но несмотря на весь лоск и блеск, в идеальном шкафу так или иначе найдется скелет. У нас они тоже были, а справлялась я с этим очень просто. Никак.

Я уходила в себя, горевала, закрывалась, не показывала что не так. Молчала. Много времени проводила одна и не терпела вторжения в свое личное пространство. Представляла и думала: «Вот бы скорее возраст, когда можно быть независимой хотя бы по паспорту». Мурлыкала себе песни под нос на ночь, не выключала музыку ни на миг и что — то постоянно рисовала. До 13 лет у меня не было друзей. Я жила в небольшом ПГТ за городом, и из пейзажей вокруг у меня были лес и тюрьма. А на улице слонялись сотрудники тюрьмы, бомжи и заключенные. Дети вокруг не вызывали интерес, потому что такое воспитание. Чтобы добраться в город, нужно было дождаться автобус, который ходил раз в час (а последний рейс был в 19.00) или уговорить родителей отвезти. До 13 лет я не увлекалась ничем. Интернет еще так сильно не развился, а в секции или кружки брали максимум с начальной школы и то, в то время, когда автобус ты уже не дождешься и чешите, говорит, Саша, через лес шесть километров домой в ночь! И признание сообществом было, естественно, только в детских мечтах. Так и повзрослела. И до сих пор признание в сообществе — это нечто из ряда недостижимого и не для меня. Так же, как и возможность переживать, быть «неправильной», не такой и жить исключительно так, как хочу я.

И вот уже давно — давно наступил возраст, «когда можно быть независимой по паспорту», давно — давно я живу в городе, где возможностей учиться и реализовываться уйма. И вместо того, чтобы уже усесться ровно на пятую точку, строить семью и рожать детей, я беру эти возможности. И радую своего, прости господи, «внутреннего ребенка». А он хотел музыки и рисования. Да и просто быть. Нет, жить! И на восьмой год проживания в Петрозаводске я наконец — таки начинаю привыкать, адаптироваться и даже приходят чувства «дома» и «комфортно».

Ровно с полгода назад, случайно я устроилась работать в «Рядом». Мне понадобился час, чтобы влюбиться и остаться с ребятами там (момент с утоплением телефона, конечно же, упустим) И сейчас, как никогда понимаю, как сильно я люблю это место и людей вокруг. Жизнь повернулась на 180 градусов, и вместе с этим появились возможности, желание жить и поддержка в любом начинании. А еще я знаю, что такое, когда тебя уважают и любят. Знаю, что есть руки, которые поддержат, когда падаю и что можно показать чувства, рассказать и тебя не осудят.

И так случилось, что все вот эти адские американские горки взросления со мной всегда рука об руку идет музыка. Я давно писала о том, что она мой фотоальбом. Играть, естественно, на музыкальных инструментах я не научилась, зато научилась сводить треки.