Постепенно Grace of Harmony Cookie перестала верить, что Печеньки способны принять друг друга такими, какие они есть. Она начала вмешиваться в их жизнь, устраняя каждую черту, которую считала причиной разлада: сначала исправляла внешние недостатки, затем характер и поступки, пока не пришла к выводу, что истинная гармония возможна лишь в мире, где всё совершенно.

Одержимая этой идеей, она стала превращать несовершенных Печенек в прекрасные фарфоровые фигуры, навсегда освобождая их от ошибок, перемен и боли. Так её стремление подарить миру гармонию исказилось до неузнаваемости, а сама Grace of Harmony окончательно стала Pale Waltz Cookie — Зверем Совершенства, для которой любая трещина, ошибка или отличие теперь являются лишь очередным изъяном, требующим исправления.

После падения Pale Waltz исчезла в своём владении — Фарфоровом Бальном Зале.
Там всегда звучит одна и та же мелодия.
В огромных залах стоят сотни фарфоровых фигур. Некоторые изображают Печенек, которых она когда-то любила. Другие — тех, кого она решила "спасти". Сейчас Pale Waltz уже почти не помнит, какой была раньше.
Она всё ещё говорит мягко. Всё ещё заботится о других. Всё ещё искренне считает себя спасительницей.

Ещё во времена, когда она была Grace of Harmony Cookie, на её Soul Jam начали появляться тонкие трещины. Поначалу она считала их обычным признаком усталости своей силы и пыталась скрывать их, но с каждым конфликтом между Печеньками трещин становилось всё больше.
Самое странное заключалось в том, что Soul Jam трескался не тогда, когда Grace использовала свою силу, а тогда, когда она пыталась заставить окружающих жить в гармонии против их воли.
После падения она решила, что причиной разрушения Soul Jam являются сами несовершенства мира. Поэтому Pale Waltz начала «исправлять» всё вокруг себя — но трещины продолжили распространяться уже по её собственному телу и фарфоровому облику.
В итоге её Soul Jam сохранил эти трещины навсегда, став напоминанием о том, что гармония, достигнутая принуждением, никогда не была настоящей гармонией. её соулджем сохранил эти трещины навсегда, став напоминанием о том, что гармония, достигнутая принуждением, никогда не была настоящей гармонией