Русская Фортепианная Школа. Мастера и наше будущее. Цикл второй.

Изумительной красоты и изящества концерты виртуозов фортепиано состоялись на неделе в Москве. На главной академической сцене мира, в БЗК имени Чайковского, свое мастерство достопочтенной публике явили 12 совсем юных и молодых пианистов современности.

Можно бесконечно долго говорить об интерпретациях и разнообразии оттенков исполнений, о звуковой палитре глубокого громогласного форте и деликатного пианиссимо солистов «в сопровождении» затаённого в едином ритме дыхания публики в тишине огромного зала.
Однако напишу подробный профессиональный анализ позже.

Сегодня я хотел бы поблагодарить зрителей.
Музыкальные вечера, инкрустированные серьёзными и популярными произведениями (шедеврами классического фортепианного репертуара), - это не развлечение. Это совсем не про отдохновение или праздность.

Подобные концерты для зрителя - это усилия, для многих непростые. Это испытание и терпеливый смиренный труд. Всё же убежден, что такие концерты - и истинное душевное наслаждение, и созерцание. И я благодарен, смущён и шокирован такой глубокой проникновенностью и вниманием отныне огромного числа поклонников Проекта «Русская Фортепианная Школа».
Низкий поклон вам, мои теперь очень близкие друзья!

И я нескромно опубликую впечатления мною безумно уважаемой и любимой Инны Соломоновны Соловьёвой, чем живописую общую ауру произошедшего:

«…Табриз, дорогой, доброе утро!
Во-первых, я проснулась с ощущением радости и блаженства.

Если бы меня спросили, какие процессы в наше время являются самыми страшными, то я бы назвала процесс “расчеловечивания”. Вчера ты со своей командой на мгновение остановил эту бурю, этот страшный поток расчеловечивания. Ты показал, что в нашей стране, которую гнобят, унижают, выгоняют отовсюду, есть не просто таланты, а есть настоящие гении. А у страны, у которой есть такие таланты, есть будущее!

Второй вечер проекта «Русская Фортепианная Школа», на котором я побывала, прошел на уровне великолепного международного фестиваля. Я не музыкант, ты знаешь, но исполнялись очень сложные произведения очень юными ребятами. И исполнялись они на высочайшем уровне.

Трудно сопоставлять пианистов, сложно говорить о каждом - они неповторимы, уникальны. Как и должно быть. И ощущения в целом: потрясающая публика, атмосфера… Ты знаешь, на фоне происходящего подобное воспринимается гораздо острее.

Я отношусь к тебе как к Табризу, как к моему мальчику. Но вот сейчас я хочу тебе сказать, что ты мужчина, который, в моем представлении, делает очень важное и очень большое дело. И ты – человек, ты сын своих родителей. Ты достоин огромного уважения. Не просто симпатия и восхищение, а огромное уважение как к большой личности.
Спасибо тебе, родной…»

Табриз Шахиди