«Целью всех моих действий было помочь спасти хотя бы одну жизнь на этой войне, сколько бы мне это ни стоило». Последнее слово ученого опубликовал проект “Слово защите”. Ниже мы приводим сокращенную версию. Подробно о том, как за мыслепреступления хотят дать срок, который дают реальным террористам и серийным убийцам, читайте в тексте T-invariant.
НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ T-INVARIANT, ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА T-INVARIANT. 18+
Мне было крайне странно и неприятно читать в уголовном деле утверждение о моих якобы антироссийских взглядах и убеждениях. Их я не разделяю. Вместе с тем, я также не разделяю и антиукраинские взгляды и убеждения, которые присутствуют в ряде российских СМИ. Украинский народ и Украина не являются для меня чем-то чужим, просто картинкой в телевизоре, политическим лозунгом или мемом, тем более не являются предметом идеологических убеждений.
Большая часть моей семьи родом из Украины. Сейчас там проживают мои родственники. Раньше я часто приезжал к ним в гости, поэтому мне известно о жителях этой страны из личного опыта, а не из сюжетов в средствах массовой информации. В результате само слово Украина у меня ассоциируется прежде всего с моими детскими воспоминаниями, общением с родственниками, уникальной культурой и природой, но никак не с политической системой, конкретными политиками и их решениями.
Большинство украинцев, с которыми я общался до 2022 года, искренне верили в те же слова украинских властей, в основном общались на русском. Я никогда не испытывал с их стороны никакой неприязни из-за того, что приехал из России. 24.02.22 года стало настоящим шоком и трагедией для огромного числа людей по обе стороны.
Для меня это стало еще и личной трагедией, так как в Киевской области Украины живут мои родственники. Впервые прочитав в СМИ о размахе боевых действий, о массированных ракетно-бомбовых ударах по украинским городам, о многочисленных жертвах среди мирного населения Украины, я сразу же осознал, что то же самое теперь может в любую минуту угрожать и моим родственникам.
Я принял решение, что не могу оставаться в стороне и просто жить как раньше, что я обязан каким-либо образом помочь своим родственникам, таким же, как они, простым мирным людям, которые оказались заложниками чужих политических амбиций и теперь вынуждены бороться за само свое существование, за право на жизнь для себя и своих детей. Понимая, что я не могу им помочь самостоятельно, я решил переводить деньги в украинские фонды для гуманитарной помощи гражданам.
Продвижение линии фронта создавало угрозу жизни моих родственников из-за близости интенсивных боевых действий. К этому добавился постоянный поток сообщений в СМИ о всевозрастающем числе жертв среди мирного населения Киевской области, а также о массовом использовании мирноых для участия в боевых действиях из-за объявленной в Украине мобилизации.
Все это вместе привело меня в тяжелейшее эмоциональное состояние, в шок, в отчаяние, полное ощущение неминуемых, страшных последствий для моих родных в случае, если я не начну действовать немедленно. Я не стал ждать, пока мне удастся найти заслуживающие доверие украинские фонды, которые бы собирали средства на помощь гражданским лицам. И отправил деньги в адрес фонда, в частности, который собирал средства как для помощи гражданскому населению, так и для вооружённых сил Украины.
На сайтах фондов на тот период было объявлено множество сборов на различные гуманитарные проекты, например, на закупку медикаментов, на восстановление и разминирование гражданской инфраструктуры, на организацию эвакуации гражданских. Также отражены переводы в адрес чисто гуманитарных украинских фондов. Целью всех моих действий было помочь защитить и обезопасить своих родственников и таких же, как они, простых людей в Украине, помочь спасти хотя бы одну жизнь на этой войне, сколько бы мне это ни стоило…
