Мог ли Адам остановить Еву? Этот вопрос не даёт мне покоя с первой седмицы поста, когда мы слышали на службе известное повествование о грехе прародителей.

Действительно, Ева после общения со змием вкусила запретного плода с древа познания добра и зла. О заповеди не есть этих плодов она слышала от Адама, поскольку Бог говорил об этом Адаму до создания женщины (Бытие, 2, 16-17). Таким образом, с ее стороны это было скорее непослушанием и недоверием мужу, чем Богу.

Святитель Амвросий Медиоланский говорит об этом так: «Дьявол замыслил сначала приступить не к Адаму, но попытаться опутать Адама через жену. Не к Адаму первому он подступил, сердцем принявшему небесную заповедь, но к той, которая была научена соблюдать заповедь не Богом, но мужем».

Итак, Ева вкусила запретного плода. Но Адам - ещё нет, и грех пока не поразил человеческий род. Мог ли Адам отказаться от вкушения и сказать, например, так: «Ты что творишь? Разве я не говорил тебе, что Бог запретил нам касаться этих плодов? Давай покаемся Богу...»

История человечества приняла бы в этом случае иной оборот. Но обойдёмся без сослагательного наклонения.

Интересно, что преподобный Ефрем Сирин так объясняет побуждения Евы: «Она поспешила вкусить прежде мужа, чтобы стать главой того, кто был ее главой, соделаться повелительницей того, от кого должна была принимать повеления, быть по божеству старее того, пред кем моложе была по человечеству».

Но Адам берёт от жены плоды и ест по её примеру (Бытие, 3, 6). Многие толкователи объясняют это тем, что склонность ко греху уже созрела к тому времени в душе человека. «Дабы представить сие действие достойным смерти, его должно рассматривать в неразрывной связи со внутренним расположением ко греху, которое заключает в себе неверие, непослушание, неблагодарность, гордость против Бога и превратное употребление всех способностей», - пишет святитель Филарет Московский.

Или вот преподобный Ефрем Сирин: «Искусительное слово не ввело бы в грех искушаемых, если бы руководством искусителю не служило собственное их желание. Если бы и не пришел искуситель, то само дерево красотой своей привело бы к борьбе из-за их тяги к обладанию. Хотя прародители искали себе извинения в совете змея, но более, нежели совет змея, повредило им собственное пожелание».

Святитель Филарет так формулирует разницу в действиях Адама и Евы: «Различие между грехом мужа и грехом жены полагать можно то, что жена первая открыла свое сердце неизвестному искусителю, а муж поступил против непосредственного повеления Божия. В сем разуме Апостол одной жене приписывает прельщение (1 Тим. 2:14) и одному мужу грех, преступление, ослушание (Рим. 5:12, 14, 19)». (Толкование на Книгу Бытия).

Итак, Адам мог устоять, но не устоял. Знаменитый библеист А.П. Лопухин резюмирует это так: «Если Еву в падении, до некоторой степени, извиняла ее сравнительная природная слабость, преувеличенно-формальное и чисто внешнее представление о заповеди, наконец, непосредственно-чувственное впечатление от древа, то Адам, получивший от самого Бога грозную заповедь и на самом себе испытавший столько проявлений Божественной любви, не имел никаких смягчающих его вину обстоятельств, так что его грех есть чисто духовное преступление и тяжелее греха Евы (Рим. 5:12, 14; 1 Кор. 15:21-22; 1 Тим. 6:14)».

В общем, как ни крути, абсолютно антифеминистская история...