Люба мне буква "Ка",30 августа 1918-го — знаменательный день в истории российского сопротивления.
Вокруг неё сияет бисер.
Пусть вечно светит свет венца
Бойцам Каплан и Каннегисер.
Константин Бальмонт
Утром в Петрограде член партии народных социалистов, поэт Леонид Каннегисер уложил одним выстрелом председателя ПетрогроЧеКа красного палача Урицкого. Аж прямо в самом серпентарии — Наркомате внутренних дел Петрокоммуны.
Упырь умер на месте. Каннегисера схватили через час. На допросах он говорил, что казнь главного питерского чекиста совершил по личному убеждению. После массового расстрела участников антибольшевистского заговора в Михайловском артиллерийском училище, санкционированном Урицким.
Вечером этого же дня в Москве на заводе Михельсона эсерека Фанни Каплан трижды выстрела из браунинга в Ленина.
Ленин остался жив, хотя изрядно перепугался. Но есть мнение, что одна из пуль могла стать причиной ухудшения кровоснабжения мозга, что в конце концов и привело Ленина к смерти.
У неё был шанс уйти — на улице её ждала пролётка, а собравшиеся на митинг были растеряны или разбежались. Только мальчишки погнались за ней. Но она остановилась сама, была арестована и доставлена на Лубянку.
На допросе Каплан признала, что отнеслась к Октябрьскому перевороту жёстко-негативно, а Ленина считала предателем революции. Покушение готовила "от себя лично".
С того дня прошло больше ста лет, но до сих пор не доказано, что эти акции были спланированы единым центром. Скорее всего совпадение. И это тем более ценно. Разные люди в разных городах страны думали и действовали одинаково. Одинаково ненавидели ту власть. Всего за сорок дней до этого другой одиночка, эсер Никита Сергеев упокоил комагитатора Володарского.
С тех пор — несмотря на красный террор, сталинские репресси, брежневскую карательную психиатрию — борьба с комрежимом не прерывалась. Савинковцы и антоновцы, восставшие зэки в сталинском ГУЛАГе и новочеркасские рабочие, замполит Валерий Саблин и рабочий-сварщик Владимир Воронцов — все прокладывали путь к победе над людоедами.
Не прерывалась эта традиция и теперь. Взрывы на заводах, сошедшие с рельсов поезда, горящие военкоматы, оплёванные и избитые "ветераны СВО", представшие перед Создателем агитпроповцы Дугина и Татарский. Всё это уже почти повседневность. А путинский режим — не чета ленинско-сталинскому. Даже брежневско-андроповскому не чета...
Вы не будете знать покоя ни днём, ни ночью; власть, которою вы опьянены, будет вам в тягость. Вы будете не уверены в том, что ложась спать, вы проснётесь, а уйдя гулять — вернётесь. К пище, питью и табаку вы будете относиться также с осторожностью. Каждый незнакомый человек будет вашим memento mori.
Газета "Анархия"