​​Петербургский международный экономический форум, когда-то претендовавший на звание «русского Давоса», окончательно сбросил глянцевую обёртку. ПМЭФ-2026 показал западню, в которую режим затянул страну: война на десятилетия, планомерная милитаризация и официальный курс на превращение России в закрытый лагерь. Под неоновыми вывесками и футуристическими стендами озвучены директивы, исполнение которых нам предстоит срывать на земле.

Каннибальские манифесты вражды с человечеством звучат из уст лощёных технократов. Министры Решетников и Котяков де-факто признали крах рыночных механизмов — впереди принудительное перераспределение рабочей силы, ограничение мобильности кадров и тотальный аудит частного бизнеса под военный заказ. Греф и Собянин с гордостью расписывают параметры цифрового концлагеря. Перерождение системных либералов в лагерных вертухаев завершено. Они готовы администрировать нищету ради «технологического суверенитета» — полного самозамыкания страны под кнутом.

Но тотальное закручивание гаек неизбежно рождает отпор. Война, развязанная Кремлём, уже полыхает в российских городах не только ударами с неба, но и партизанскими атаками. Ликвидация в Балашихе начальника управления ракетного снабжения ГРАУ полковника Давыдова, пожары на военных складах «Автоматики» в Екатеринбурге, уничтожение шкафов в Поволжье и паралич Транссиба — это расширение географии прямого действия.

Главный потенциал Сопротивления — неизбежное смыкание партизанской сети с грядущим социальным взрывом. Нарастающая потогонка в оборонке и попытки запереть «цифровой пролетариат» (курьеров, логистов) в фискальные рамки вытолкнут людей в зону радикального отпора. Рядом — масса фронтовых возвращенцев и отказников с тяжелым боевым опытом и доступом к оружию.

Механизм смычки прост: дезертиры дают силовую компоненту, рабочие оборонных заводов — инсайды о точках для ударов, цифровая молодежь — связь и верификацию целей, а партизаны — непосредственное исполнение. Либо эта сеть сработает, либо режим достанет каждого. Чекисты и технократы не остановятся сами. Значит, нельзя останавливаться перед ними. Режим несовместим с жизнью, а значит, наша жизнь должна стать сильнее.