В полночь в Москве возле Савёловского вокзала взорван автомобиль карателей.

Убит лейтенант полиции и ранены двое его подручных, они отправлены в больницу. У одного ушиб головного мозга, а у второго ожог лица и контузия.

По первой информации с места взрыва, неизвестный герой метнул взрывное устройство в машину и спокойно отошёл на безопасное расстояние, снимая всё на видео. После взрыва он просто исчез.

Но уже через час путинские СМИ начали переписывать реальность: якобы «террорист‑смертник» погиб на месте. В это можно было поверить, если бы не сообщения этих же каналов, что все московские каратели на ушах, и ищут «террориста».

К утру однозначно утвердилась версия, что он погиб, а его личность установлена. Имя не названо, но зато известно, что он гражданин РФ и — иначе просто быть не может — действовал «по указке украинских спецслужб».

Власть пытается скрыть правду и переписать факты, но сам факт взрыва — доказательство, что система уязвима, её псы не неприкосновенны. Каждый удар по репрессивному аппарату — это напоминание, что страх больше не работает.

Сопротивление живёт, и каждый акт решимости говорит: режим не вечен, а народ сильнее страха.