Последние недели активно обсуждается гуманитарная катастрофа в Алёшках (Олешках). Особенно громкой история стала после выступления Сибиги в ООН, где он заявил, что Россия держит город в блокаде и не даёт местным жителям его покинуть, при этом у них нет даже еды. Речь идёт о городе, который находится напротив Херсона через Днепр и с 2022 года контролируется Россией.
Правду о реальном положении дел в городе мы не узнаем. Для этого туда должны приехать независимые журналисты, но их туда никто не пустит. В СМИ циркулируют истории о том, что местное население ест собак, которые едят трупы, которые валяются прямо на улицах, но источник этих историй — украинские СМИ или представители украинских властей Алёшек в изгнании. В то же время факт тяжёлого положения населения, включая и недостаток еды, подтверждён с обеих сторон, например, неделю назад про это говорил и Песков:
Действительно, есть проблемы с доставкой продовольствия и медикаментов. [...] Ситуация действительно критическая.То есть сам факт гуманитарной катастрофы и, вероятно, голода, неоспорим, я лишь призываю фильтровать истории про поедание собак и супа из травы, не подтверждены лишь они.
Обе стороны обвиняют в причинах кризиса друг друга. По словам российской стороны, дело в украинских ударах по логистике, именно они, якобы, не дают завозить в город еду. По словам украинской стороны, виновата Россия, потому что не даёт мирным жителям эвакуироваться, минирует все дороги и морит их голодом.
С 2022 года, после отступления ВС РФ из Херсона, обе армии расположились по берегам реки и друг с другом перестреливаются. Практического смысла в этом не так много, но боевые действия никто не прекращал. Украина в качестве опорного пункта использует Херсон, а Россия, соответственно, Алёшки, в которых до войны проживало 25 тысяч человек. Кроме них есть ещё и Голая Пристань, тоже относительно крупный город чуть ниже по течению Днепра, у самого устья, и там тоже говорят о гуманитарной катастрофе, хотя пока и не такой острой, как в Алёшках. Наоборот, из Алёшек ездят в Голую Пристань за продуктами.
Этой проблемы бы не было, если бы все строго соблюдали законы, правила, нормы и обычаи ведения войны, вот только это утопия. Военные преступления — это не то, что нельзя делать, а то, за что тебя накажут, если ты войну проиграешь, потому что за сам факт войны и участия в ней в основном не наказывают. Воюют все и всегда руководствуясь тем, как выгодно воевать, а не тем, как можно. Поэтому Украина атакует транспорт, который отмечен как гуманитарный, что является уже военным преступлением, но делает это потому, что Россия использует гуманитарный транспорт для военного снабжения, что тоже военное преступление, и разрешить это в сложившейся ситуации нельзя. Поэтому сам по себе гуманитарный кризис в Алёшках — это всего лишь следствие войны и её объективных реалий, не более того. Ни Россия, ни Украина специально население города голодом не морит.
Хотя у этой проблемы есть одно очевидное решение: убрать из Алёшек всех гражданских лиц. Вроде бы именно к этому и призывает Украина, в том числе, в рамках акции «Save Oleshky», но очевидно, что для ВС РФ это невыгодно, гражданские — это удобный живой щит для военных. Здесь можно сказать, что виновата Россия, но есть нюанс: Украина призывает к эвакуации ровно так, как Россия точно от этой эвакуации откажется. В основном в СМИ мелькают общие фразы, например, омбудсмен Лубинец говорил о неких переговорах, в которых он принимал участие, и при этом Россия, якобы, от всех вариантов отказалась, хотя он не озвучил, какие это были варианты, но они кратко упоминаются в других сообщениях на эту тему:
Оптимальным и условно безопасным вариантом могла бы стать согласованная эвакуация через Днепр в сторону Херсона.
Так что я уверен, что все предложенные Украиной варианты эвакуации были связаны с какими-то сложными и заведомо несогласуемыми схемами типа эвакуации через Днепр на территорию Украины на лодках, или автобусами, но тоже на территорию Украины. Самый простой и очевидный вариант — эвакуация вглубь России — не обсуждался, потому что её даже не нужно обсуждать, дать проезд для пары автобусов можно договорившись на уровне местных полковников, для этого не нужен ни Красный крест, ни ООН, ни омбудсмены.
Вот только Украине это не надо, Киев интересует лишь пиар на этой ситуации, а не спасение людей. Почему я так думаю? А потому, что Украине есть кого спасать и без Алёшек. Например, вот что представители украинской власти говорили про Константиновку в апреле, когда за неё уже шли бои и было понятно, к чему всё идёт:
Сейчас там, в Константиновской общине, находится еще 2,5 тысячи человек и заехать к людям почти невозможно, потому что враг обстреливает все подъездные пути.
А вот что говорили украинские журналисты про Орехов вначале этого года, который находится в осаде с самого начала войны:
В Орехове все еще проживают около 700 человек.
Или вот Лиман, август этого года:
В Лиманской общине сейчас остаётся 2200 гражданских, эвакуации оттуда из-за военной опасности почти нет.
Ситуация во всех этих городах принципиально от Алёшек не отличается ничем ни по уровню кризиса, ни по количеству оставшегося населения, там живут примерно те же 2000 человек, что в Лимане или Константиновке. Но почему-то про 2200 гражданских, оставшихся в контролируемом Украиной Лимане, Сибига с трибуны ООН не кричит, а про Алёшки кричит. Наверное, всё же, потому, что для Киева это не более чем пиар, а не реальная забота о людях. Хотя можно сколько угодно жалеть жителей Алёшек, как им трудно, но вряд ли это как-то мешает эвакуации людей из Орехова, Лимана или Константиновки, первые два из которых полностью под контролем Украины, а третья частично.
Так что на самом деле в Алёшках ничего эдакого не происходит, таких «Алёшек» по всему фронту было и будет много, просто раньше их не замечали, а эту историю намеренно раскрутили. В то же время, реальных проблем местного населения это не снимает, действительно у них нет ни еды, ни нормальных условий для жизни, вот только есть нюанс: большинство там живёт добровольно. Город после подрыва дамбы в 2023 году затапливало, население оттуда выезжало, но затем его часть — около 2000 человек, включая 50 детей по словам украинских властей — вернулась. И эвакуироваться из города на самом деле можно, некоторые так и делают, о чём нехотя говорят и украинские публикации, упоминая как прямо о фактах выезда людей, так и косвенно, рассказывая истории о том, что местные жители ездят за продуктами то в Голую Пристань, то в Раденск. Но ведь если можно добраться до других городов и сёл, значит, можно и эвакуироваться, верно?