Директор Центра международного агробизнеса и продовольственной безопасности Президентской академии Анатолий Тихонов в авторской колонке специально для «Суверенной экономики»:
Директор Arrell Food Institute считает, что глобальная продовольственная система держалась на 3 условиях: беспрепятственной торговле, дешевой энергии и стабильном климате. Сегодня не выполняется ни одно из них. Но это скорее иерархия, где самым важным и недооцененным остается стабильный климат.
Пшенице все равно, какие пошлины и цены на дизель. Ей нужны вода в период колошения и умеренные температуры во время налива зерна. К триаде я бы добавил технологический суверенитет и физический доступ к критическим ресурсам. Глобальное производство еды слишком сильно зависело от поставок таких «комплектующих». Теперь доступ к удобрениям и семенам становится инструментом политического давления.
У РФ есть селекционные школы, развитая база агрохимии и независимая логистическая инфраструктура. Но атаки в Черном море остановили более 97% зерновых поставок России и Украины, которые в прошлом сезоне в среднем экспортировали 7,2 млн тонн зерна в месяц. Из черноморских терминалов Украины отгрузок нет вообще. В России работает лишь небольшой объект в Туапсе мощностью ~160 тыс тонн в месяц. Аналитики «Русагротранс» оценивают экспорт российской пшеницы в августе 2026 в 1,8–2 млн тонн. «СовЭкон» ожидает, что этот сезон может оказаться минимальным за 16 лет.
IGC снизил оценку мирового производства пшеницы на 27 млн тонн. FAO также прогнозирует снижение мирового производства пшеницы. Среди причин — ожидаемое сокращение урожая в Австралии из-за Эль-Ниньо. Больше всего страдает не сама цена, а предсказуемость рынка. Если фермер не знает, будет ли дождь, сможет ли он отправить урожай в порт и не столкнется ли с проблемами при расчетах, он начинает сокращать посевы, а это снижает предложение и толкает цены.
Соотношение мировых запасов к потреблению находится около исторических минимумов. Если кризис 2008 года был ценовым и конъюнктурным, и рынок смог восстановиться за несколько сезонов, то сегодня проблемы структурные. Согласно докладу о состоянии продбезопасности в мире, в 2025 нужду в продовольствии испытывали около 645 млн человек. Это 7,8% населения планеты. Мы сталкиваемся с природными и геополитическими ограничениями. Поэтому простого вливания денег уже недостаточно — нужно менять саму систему. Ее полный слом при этом невозможен: он сам по себе означал бы остановку производства и создал бы риск голода для сотен миллионов людей. Нам нужна не продовольственная революция, а адаптивная эволюция.
Необходимо снижать зависимость от логистических «бутылочных горлышек». Торговля зерном завязана на ограниченное число ключевых маршрутов. Поэтому нужны альтернативные направления. Для РФ это может быть проект «Север — Юг». Можно развивать производство в Африке и ЛА. Но речь должна идти не только о финансировании, а о передаче технологий, инвестициях в ирригацию и развитии местной селекции.
Продбезопасность не может полностью зависеть от рыночных механизмов. Нужны стратегические запасы зерна, регулирование экспортных пошлин и поддержка отечественного производителя. Тренд на «умную локализацию» неизбежен. Будут формироваться региональные зоны. Где-то это экономически невыгодно, но наличие резервных мощностей и снижение зависимости от импорта на 10–15% становится вопросом нацбезопасности.
Россия находится в выигрышной позиции. По оценкам Минсельхоза, урожай пшеницы ожидается на уровне около 88 млн тонн. Прогнозы ведущих аналитических центров немного разнятся. По оценкам Института конъюнктуры аграрного рынка, сбор зерновых ожидается на уровне 138,5 млн тонн, включая 90 млн тонн пшеницы. Для сравнения: в прошлом году собрали 141,2 млн тонн. Регионы с доступом к пресной воде и незамерзающими портами могут стать новыми центрами силы. Цена на хлеб, вероятно, останется высокой. Период дешевой еды заканчивается.
#АвторскаяКолонка
Подписывайтесь на Суверенку в MAX.