Мой неизвестный читатель,

Позвольте обратиться к Вам с повествованием, которое, быть может, покажется Вам столь же необычайным, сколь и мне самому, человеку, чья жизнь посвящена искусству врачевания. Я, скромный хирург, привыкший к обыденным недугам и ранам человеческого тела, нередко оказываюсь в положении, когда мои познания и умения требуются существам, далеким от нашего мира, существам, о которых мы читаем лишь в старинных преданиях и сказках.

Вы не поверите, сколь диковинны и порой даже пугающи бывают эти визиты. Представьте себе, что в Вашу скромную приемную, где обычно царит тишина, нарушаемая лишь скрипом пера и шелестом бумаг, вдруг вваливается… нет, не человек, а нечто, сотканное из теней и лунного света, или же существо с чешуей, отливающей всеми цветами радуги, или же, быть может, тот, кто обладает крыльями, подобными крыльям летучей мыши, но размером с доброго ворона.

И вот эти создания, столь отличные от нас, приходят ко мне с теми же жалобами, что и наши соотечественники: с болью, с недомоганием, с ранами, которые требуют исцеления. Я видел, как страдает от лихорадки существо, чья кожа светится в темноте, как жалуется на ломоту в костях тот, кто, казалось бы, соткан из самого ветра. Мне приходилось осматривать раны, нанесенные не обычным клинком, а, быть может, когтем неведомого зверя.

Порой их анатомия настолько отличается от человеческой, что мои привычные методы становятся совершенно неприменимы. Приходится полагаться на интуицию, на наблюдения, на те крупицы знаний, которые удается почерпнуть из древних, порой полуистлевших свитков, где упоминаются особенности строения и болезней этих странных обитателей мира.

Иногда, когда я приступаю к процедуре, будь то перевязка или, не дай Бог, более серьезное вмешательство, я чувствую на себе взгляды, полные надежды и страха. В эти моменты я осознаю всю ответственность, которая ложится на мои плечи. Ведь даже если передо мной не человек, а существо из другого мира, его страдания столь же реальны, а его жизнь – столь же ценна.

Я не ищу славы или признания за эти необычные случаи. Скорее, я испытываю глубокое удивление и, признаюсь, некоторую долю трепета перед тем, как многогранна и таинственна природа, и как разнообразны ее творения, даже в своей уязвимости перед болезнями.

Надеюсь, что это краткое повествование не покажется Вам слишком уж фантастичным. Я лишь делюсь тем, что вижу и переживаю в своей нелегкой, но, как оказалось, весьма непредсказуемой врачебной практике.

Порой я чувствую себя не доктором в этом поселении, а самым настоящим ветеринаром....

С глубочайшим уважением.