Немного запоздало подключусь к дискуссии Компаса и Портулана с Politisch verdächtig'ом про альтернативную историю Польши и Белоруссии. Пути советского территориального размежевания неисповедимы, и в принципе не составляет труда представить, чтобы советская власть при немного других раскладах на местах нарисовала и башкирский Челябинск, и армянский Тбилиси, и украинскую Астрахань. Но всё же сценарий с белорусскими Смоленском и Брянском в случае успешной советизации Польши в 1920 году я считаю маловероятным. Скорее наоборот, Белоруссия недополучила бы как минимум Гомель, а возможно бы и Могилёв с Витебском.

В реальности Белоруссию увеличивали на восток как раз потому, что по итогам Рижского мира от республики осталось несколько уездов и потому она на полноценную союзную республику не тянула. Если мы предполагаем, что поляки получили бы на востоке примерно те же территории, что и в реальности, логично ожидать, что и Белоруссия получила такую же компенсацию: никаких дополнительных доводов в пользу непомерного увеличения БССР не появилось бы. Если мы предполагаем, что полякам достались бы территории по самый Минск включительно, оставшиеся уезды БССР по размеру как раз тянули на автономную республику в составе Советской России, куда бо́льшие ДКР и ДВР включали в состав больши́х соседей даже без автономного статуса. Если же поляки получают основные плюшки на Галичине, а в Белоруссии их приобретения ограничиваются Брестом и с меньшей вероятностью Гродно-Лидой (не думаю, что советская власть нарушала бы Московский договор с Литвой), несколько большая на западе Белоруссия могла бы рассчитывать на раздел Гомельской и Витебской губернии пополам на основе результатов переписи 1920 года.

На счёт глобальных последствий ранней советизации Польши, я не думаю, что выход Красной Армии к немецкой границе привёл бы к успешной революции в Германии и тем более мировой революции. В России большевики пришли к власти на фоне жуткой недееспособности Временного правительства, чего в Германии 1920 года не предвидится. При прямом столкновении немецкая армия скорее всего победила бы Красную, если уж поляки в реальности смогли, ну и Антанта смягчила бы условия Версальского договора и позволила немцам занять часть недавно утерянных территорий, чтобы не отдать их ПССР. Аналогично, не думаю, что включение Польши в СССР радикально поменяло бы расклады в партийной борьбе в 1920-е годы: ключевые польские фигуры, вроде помянутого Дзержинского, и так остались в СССР, поколение же поляков «членов КПСС с 1921 года» стало бы влиять на что-то уже в сороковые-пятидесятые. Другое дело, что более мягкий Версаль и отсутствие независимой Польши в Интербеллум – это радикально другие тридцатые и, как следствие, очень альтернативная Вторая мировая война.