Post #19438
60
Forwarded from Leonid Sungorkin
Информационная блокада и «жертвы рейтинга»: почему в крае нет этнических СМИ
Как бывший учредитель газеты Пост Хабаровка и коренной житель края заявляю прямо: отсутствие этнических СМИ в Хабаровском крае — не случайность, а симптом системной политики. Раньше у нас были и газета, и телепрограмма на нанайском «Нанай боани». Они прекратили работу в 2017 году из‑за отсутствия финансирования — и в следующем году исполнится ровно десять лет с тех пор, как этно‑медиа в крае фактически умерли. За это десятилетие ничего подобного не появилось.
Парадокс ситуации состоит в том, что за эти годы технологическая картина радикально изменилась. Раньше газеты были единственным источником информации для отдалённых поселений, где живут КМНС, а сейчас почти везде доступен интернет и мобильная связь. Но наличие сети не стало толчком к появлению новых электронных этно‑площадок для коренного и старожильческого населения. Об этом не раз писали общественные деятели, в том числе Андрей Никонов, констатируя: медиаполе для аборигенов осталось пустым именно из‑за отсутствия целенаправленной политики и поддержки этножурналистики.
В таких условиях информационная монополия легко превращается в инструмент управления вниманием. Рейтинги упоминаний мэров и губернатора всё чаще работают не как объективный индикатор эффективности, а как механизм создания видимости успеха: оплаченные публикации, SMM‑кампании, «информационные клоны» заполняют поле позитивным нарративом. Тот, кто не вписывается в картинку, нередко оказывается «жертвой рейтинга» — его игнорируют, дискредитируют, подвергают административному или медийному давлению.
Последствия этого процесса очевидны. Когда в публичном поле звучит один нарратив, общественный диалог деградирует, реальные проблемы уходят за кадр, а контроль за властью ослабевает. Вакуум медиапространства быстро заполняют внешние площадки, которые подчёркивают отсутствие голоса у аборигенов — и это подрывает репутацию региона и повышает его уязвимость к внешним влияниям.
Особенно тревожно, что голос тех, кто пытается говорить правду, стал заметен чаще не внутри края, а за его пределами. Среди тех, кто продолжает собирать факты и не боится называть вещи своими именами, — Эдуард Грищук и Андрей Никонов. Их присутствие в информационном поле сегодня особенно важно: оно показывает, что общественный запрос на правду и на представление интересов коренных сообществ остаётся жёстким и заметным.
Факт, что третья по численности территория КМНС в России остаётся практически без этно‑медиа, — это не только культурная потеря. Это индикатор того, как на местах распоряжаются приоритетами: легче рисовать радужные отчёты и наращивать рейтинги, чем вкладываться в устойчивые площадки для языковой и медийной самобытности.
Автор: Леонид Сунгоркин
Дата: 16 марта 2026 г.
Как бывший учредитель газеты Пост Хабаровка и коренной житель края заявляю прямо: отсутствие этнических СМИ в Хабаровском крае — не случайность, а симптом системной политики. Раньше у нас были и газета, и телепрограмма на нанайском «Нанай боани». Они прекратили работу в 2017 году из‑за отсутствия финансирования — и в следующем году исполнится ровно десять лет с тех пор, как этно‑медиа в крае фактически умерли. За это десятилетие ничего подобного не появилось.
Парадокс ситуации состоит в том, что за эти годы технологическая картина радикально изменилась. Раньше газеты были единственным источником информации для отдалённых поселений, где живут КМНС, а сейчас почти везде доступен интернет и мобильная связь. Но наличие сети не стало толчком к появлению новых электронных этно‑площадок для коренного и старожильческого населения. Об этом не раз писали общественные деятели, в том числе Андрей Никонов, констатируя: медиаполе для аборигенов осталось пустым именно из‑за отсутствия целенаправленной политики и поддержки этножурналистики.
В таких условиях информационная монополия легко превращается в инструмент управления вниманием. Рейтинги упоминаний мэров и губернатора всё чаще работают не как объективный индикатор эффективности, а как механизм создания видимости успеха: оплаченные публикации, SMM‑кампании, «информационные клоны» заполняют поле позитивным нарративом. Тот, кто не вписывается в картинку, нередко оказывается «жертвой рейтинга» — его игнорируют, дискредитируют, подвергают административному или медийному давлению.
Последствия этого процесса очевидны. Когда в публичном поле звучит один нарратив, общественный диалог деградирует, реальные проблемы уходят за кадр, а контроль за властью ослабевает. Вакуум медиапространства быстро заполняют внешние площадки, которые подчёркивают отсутствие голоса у аборигенов — и это подрывает репутацию региона и повышает его уязвимость к внешним влияниям.
Особенно тревожно, что голос тех, кто пытается говорить правду, стал заметен чаще не внутри края, а за его пределами. Среди тех, кто продолжает собирать факты и не боится называть вещи своими именами, — Эдуард Грищук и Андрей Никонов. Их присутствие в информационном поле сегодня особенно важно: оно показывает, что общественный запрос на правду и на представление интересов коренных сообществ остаётся жёстким и заметным.
Факт, что третья по численности территория КМНС в России остаётся практически без этно‑медиа, — это не только культурная потеря. Это индикатор того, как на местах распоряжаются приоритетами: легче рисовать радужные отчёты и наращивать рейтинги, чем вкладываться в устойчивые площадки для языковой и медийной самобытности.
Автор: Леонид Сунгоркин
Дата: 16 марта 2026 г.
- 👍 3
