Несколько месяцев назад меня попросили порекомендовать отечественную литературу, которую можно было бы почитать российским либертарианцам, чьё внимание как правило сконцентрировано вокруг чуждых англосакских или немецких имён и фамилий.
На ум, разумеется, сразу пришли Герцен и Бакунин. Но со всеми этими персонажами русского народного анархизма и так многие знакомы, причём не с лучшей стороны — каждый из них был противником принципа частной собственности, лежащего в основе либертарианства. Тогда я вспомнил другого всемирно известного русского анархиста, куда менее известного в этом амплуа на родине — Льва Николаевича Толстого.
В отличие от своих коллег по политическому лагерю, Толстой никогда не брал слишком влево, вместо этого выстраивая своё собственное учение, толстовство, на религиозно-мистической основе. Отталкивался он по началу, разумеется, от христианства, но в целом ушёл от его РПЦшного канона столь далеко, что был в 1901 году отлучён от православной церкви по решению Синода.
А за 20 лет до этого Толстой был одним из немногих, кто высказался против смертной казни народовольцев. Ветеран Крымской войны и некогда обеспеченный помещик написал соответствующее обращение к только что взошедшему на престол Александру III, так как считал, что пролитая кровь первомартовцев только разожжёт огонь молоха насилия, сломившего в конце концов хребет Российской империи и династии Романовых.
Самые радикальные политические высказывания Толстой публиковал во время русско-японской и Русской революции. Помимо критики милитаризма, геополитических амбиций и войны как таковой, Граф также озадачился природой происхождения самого государства и пришёл к неутешительному выводу: «Всякое правительство, а тем более правительство, которому предоставлена военная власть, есть ужасное, самое опасное в мире учреждение».
И речь вовсе не идёт о «легитимной монополии на насилие», как у немецкого социолога Макса Вебера. Проанализировав труды Макиавелли и Лабоэти, Толстой резюмирует, что у государства нет никакого основания вообще, кроме как старое-доброе ультра-насилие. И в чьих бы руках не оказалось управление этой машиной, большинством избранного парламента или царя-самодержца, результат будет всегда один и тот же: нарушение естественной для человека свободы и порабощение.
«Говорят, что без правительств не будет тех учреждений: просветительных, воспитательных, общественных, которые нужны для всех.
Но почему же предполагать это? Почему думать, что неправительственные люди не сумеют сами для себя устроить свою жизнь так же хорошо, как ее устраивают не для себя, а для других правительственные люди?
Русские общины, переселяясь в отдаленные края, где наше правительство не вмешивается в их жизнь, устраивают сами свои сборы, свое управление, свой суд, свою полицию и всегда благоденствуют до тех пор, пока правительственное насилие не вмешивается в их управление...
Мы так привыкли к ложной мысли, что улучшение в жизни людей может быть произведено внешними (и большей частью насильственными) средствами, что и изменение внутреннего состояния людей нам кажется, что может быть достигнуто только внешними мерами, воздействующими на других...
Но это не так: изменение внутреннего, духовного состояния людей всегда находится во власти каждого отдельного человека, и человек, не ошибаясь, всегда знает, в чём истинное благо его самого и всех людей, и ничто не может остановить или задержать его деятельности для достижения этой цели. Достигает же человек этой цели — блага своего и других людей — только внутренним изменением самого себя, уяснением и утверждением в себе разумного, религиозного сознания и своей соответственной этому сознанию жизнью.
Как только горящее вещество зажигает другие, так только истинная вера и жизнь одного человека, сообщаясь другим людям, распространяет и утверждает религиозную истину. А только распространение и утверждение религиозной истины улучшает положение людей.
"Марфа, Марфа, печешеся о мнозем, единое на потребу"».
Олег Пырсиков
🔔 СтудВоля