Памяти Бруно Латура

«О Господи! Мы жальче жалких тварей,
зане у них слепая смерть зверей.
А мы, мы неподвластны даже ей.
Пошли нам смерть-разумницу скорей,
чтоб жизнь она в цветах весенней яри
пораньше заплела нам из ветвей.

Лишь оттого и трудно умирать,
что нас не наша смерть идет прибрать.
Коль смерть свою не делаем мы зрелой,
другая мчит как вихорь озверелый»

Что делать с жизнью, когда знаешь, что тебе дан определенный срок до ее окончания? Совсем короткий. И такой длинный. Месяц или год жизни. Чтобы сделали с этим сроком вы — боялись бы и страшились умереть, надеясь на чудо? Забросили все дела, которые стали бы ничтожными на фоне объявленного врача факта?

Бруно Латур, французский философ, социолог и антрополог, который умер в ночь с 8 на 9 октября, продолжал писать, выступать на семинарах и конференциях, общаться с учениками и коллегами. Продолжал жить и творить, несмотря ни на что и вопреки всему.

Сегодня многие иностранные издания и российские коллеги в соцсетях вспоминали Бруно, рассказывая о его книгах, которые оказали влияние на их развитие как социальных исследователей, не случившихся встречах и никогда теперь невозможного путешествия в Москву, свою переписку и виртуальное общение с ним.

Наша история будет про его единственный визит в начале 2000-х годов в Россию — в Санкт-Петербург, в Европейский университет. Бруно участвовал в научном семинаре два дня, внимательно слушая про низовую самоорганизацию и возможность самоуправления в российском обществе. Гулял по городу, рассказывая восхищенно про его архитектуру. Присоединился к выпускному вечеру факультета ПНИС в джазовом клубе, отправился на ночному прогулку по Неве и Финскому заливу на традиционном кораблике социологов и политологов ЕУСПб.

Все это время он общался со студентами, по-настоящему интересовался их исследованиями, выслушивая сбивчивые и хаотичные мысли на неидеальном английском языке и с интересом отвечал на наши вопросы. Это был живой классик, который вдохновлялся людьми вокруг себя — слушал, слышал и видел новое поколение ученых и своим интересом увлекал их такими необычными идеями человеков и не-человеков, черных ящиков, испытания сил, обязательных точек перехода, неизменчивых мобильностей.

«…Существует скрытая связь между ужасом и красотой, и где-то они дополняют друг друга, как ликующий смех жизни и затаившаяся близкая смерть».

Узнаем ли мы когда-нибудь, удалось ли Латуру расшифровать слова Рильке, которые он читал этим летом, и найти смысл зрелой и великой смерти, которую неизбежно ждешь, — не знаю. Но уверена, что его Великая жизнь продолжится вместо его смерти — в теории акторов и сетей, в его книгах (большинство русских переводов которых изданы в издательстве Европейского), в учениках и всех тех, кого он увлек в свой уникальный мир актантов и сетей.

— Ольга Бычкова, руководитель центра Центра STS ЕУСПб, доцент факультета социологии.