День 5. Сюжет: как росли цветы в саду или сколько кирпичиков легло в основание храма.

Где-то на 160-й странице текст встал, началась война — и я закрыла док с книжкой года на полтора-два. Позже, открыв и перечитав, почувствовала, что текст идет куда-то в тупик, нужно найти развилку, на которой он свернул не туда, и от этой развилки простроить нормальный маршрут.

Отчаянные времена требовали отчаянных мер. Я заказала на озоне пробковую доску.

Так и не разобравшись, как правильно планировать книгу на пробковой доске, я просто стала выписывать туда на стикеры то, что нужно уточнить в уже написанном тексте, а еще включила, наконец, голову, чтобы придумать, по каким ступенькам будет идти Следственная Мысль Егора. Записала в блокноте тезисно:

«1. Тима умер — о нет.
2. Это несчастный случай?
3. Это самоубийство?
4. Это убийство, и убийца — Х? И тд.»

Каждая из этих версий должна была опираться на какой-то Тимин «секретик», который Егор узнал уже после его смерти. Список секретиков я тоже вынесла на доску. Как-то приехала в гости подруга, и я застала её залипшей на эти стикеры. «Селфхарм, наркотики...» - это что, твои планы на выходные?» - спросила она (спасибо, Сосед, смешно было).

Следующий шаг — понять, по какому «пути», от какого персонажа в каких обстоятельствах мой пездюк может эти секретики узнать. Он же не полиция. С чего кто-то будет ему что-то рассказывать? Почему до сих пор ничего не рассказал? Какую часть информации осведомитель скрыл, а какую — рассказал? Каким личным воспоминанием Егора о Тиме подкрепить эту информацию, чтобы мы в нее поверили? Почему Егор отказывается от одной версии и переходит к другой? Как флешбеки, иллюстрирующие ложную версию, объясняются в контексте каждой последующей и, наконец, финальной версии?

Чот звучит непросто, но я потихонечку отвечала на все эти вопросы и собрала сюжет. Вот так вот.

#скольколет
#меня_здесь_нет