"...От слов отца неприятно ударило в голову, а под сердцем защемило и начало скрипеть. Как?… Уже? К Москве? К той самой, к той… которую он так любил? Не верилось. Не верилось, что всё могло закончиться, даже не успев начаться. Если не станет этого города, то не станет и места, которое Стефан имел смелость называть «домом». Не станет тех моментов, которые хотелось проживать вновь и вновь, не станет парков, тихих вечеров, не станет концертных залов и любимого адреса «улица Ямская-2», не станет всего того, что ранее связывало его с самым дорогим человеком на свете. А где… где он?

Знал бы Рома, сколько же раз Стефан задавался этим вопросом… знал бы, сколько раз искал его по всему миру в своих мыслях, сколько пытался просчитывать всевозможные исходы событий, теряясь в бесконечной неизвестности. Ах, если бы Державин только мог написать письмо на тот адрес, что Трей невзначай оставил ему… если бы оно, конечно, достигло Нюрнберга… Но что, если Рома забыл? Забыл название, потерял телеграмму, сдался или вообще возненавидел Стефана?! С каждой новой мыслью ему становилось только хуже. Он не слышал ничего, что происходило вокруг. Ни сдержанных аплодисментов, ни окончания речи. Не слышал «слава Германии», не видел приподнятых вверх рук, уставившись в белую скатерть, накрытую на стол. Вокруг вновь воцарился слабый шумок из людских слов и звона столовых приборов, а Стефану стало ужасно душно. Он уже совершил движение для того, чтобы встать из-за стола, но внезапно его остановила рука отца, впившаяся в собственное предплечье. Рафаэль с силой потянул его вниз, вместе с тем как стал садиться и сам, а после отпустил, сверкнув напоследок яростным взглядом, по которому вмиг всё стало ясно. На сей раз он не сможет избежать горькой реальности."

- Тот самый момент, однако фрагментом из текста моей книги. Короткое видео - просто шутка, а эта ситуация - уже реальная проблема. -