Предыдущая часть здесь.

4.  Выбор Украины
 
Итак, к чему пришли обе страны к концу августа? 
 
Начнем с Украины.

То, что происходит сейчас со взаимными обстрелами является как бы красноречивой иллюстрацией уже упомянутой пословицы «поки товстий схудне, худой помре».
 
Украина, нанося удары по судоходству РФ в Черном море его сократила, но не остановила. Кроме того, у России есть и другие морские порты, куда можно перенаправить потоки. РФ же смогла почти полностью остановить судоходство в украинские черноморские порты. 
 
По складам. По оценке украинского аналитика Олега Белинского, в России из 56-57 млн квадратных метров складских площадей ударами ВСУ уничтожены 1,9 млн. То есть – около 3,4%. В Украине же из 3,2 млн квадратных метров складов с начала полномасштабной войны уничтожено 1,1 млн. Или же 34%. 
 
Еще один пример. Нынешние средства поражения позволяют обеим сторонам практически беспрерывно наносить удары на глубину 100-150 километров.
 
Но если в случае ударов Украины в эти пределы попадают захваченные территории и три приграничных российских региона, которые составляют очень небольшой процент территории РФ, то в 100-150 километрах от линии фронта в Украине находятся крупнейшие города и промышленные центры страны – Харьков, Запорожье, Днепр, сразу несколько других областных центров – Херсон, Сумы, Запорожье.
 
До Москвы после 18 июня, когда были прилеты по Московскому НПЗ не долетел еще ни один дрон. В то время как по Киеву удары идут регулярно.
 
Правда, на все это есть известный контраргумент – любые удары России по Украине меньше сказываются на способности Киева продолжать войну, чем удары ВСУ по РФ сказываются на способности Москвы поддерживать свои военные усилия. Потому что Кремль воюет на свои деньги, а Украина, по большей части, на деньги западных партнеров. 

То есть, возвращаясь к аналогии с пословицей про толстого и худого, у «худой» Украины, в отличие от «толстой» России, есть источник внешнего искусственного питания – западная помощь.

Эта логика описывается двумя цифрами: в бюджете на текущий год расходная часть составляет более 143 млрд долларов, в то время как общая планируемая сумма собранных на территории Украины доходов - лишь 64 млрд. Причем из последних значительная часть также формируется за счет внешней помощи: подоходный налог и военный сбор, которые во многом собираются в госсекторе и в секторе, осваивающем госзаказы. Также госрасходы подпитывают внутреннее потребление, что влияет на сборы акцизов и НДС. Однако, данная логика действует лишь в случае, если Европа любые «дыры» в бюджете будет и далее закрывать в запрашиваемых объемах.
 
А вот с этим уже есть очень серьезные проблемы. С одной стороны – активизация ударов РФ все ж таки может привести сама по себе к падению доходов казны. С другой стороны, что еще более важнее, огромная дыра уже образовалась по военным статьям бюджета. Что признают и власти, прямо называя причину – перерасход средств в первом полугодии ради интенсификации ударов по России и по захваченным территориям. То есть, для поддержания прежнего темпа ударов и, в целом, боевых действий, необходимо намного больше денег, чем запланировано в бюджете. Война стала явно более дорогой. Те же дальнобойные удары – очень недешевый процесс. Для поражения одной цели приходится запускать сотни дронов, с учетом того, что россияне сбивают практически 95% из них.
 
Готова ли Европа резко нарастить финансирование? Вопрос открытый. Особенно с учетом коррупционных скандалов вокруг окружения Зеленского, которые порождают вопросы относительно того, куда идут выделяемые деньги. 
 
Последний момент создает также сильное напряжение внутри страны, подрывая позиции президента. Тем более, что у него появился и открытый политический противник – бывший соратник, отправленный в отставку министр обороны Михаил Федоров, требующих выборов. Федоров пользуется поддержкой грантовых кругов, на которые ориентируются антикоррупционные органы и которые патронируются Европой. И, используя эти связи, они уже качаются ситуацию активно против Зеленского и внутри страны, и за ее пределами.

Продолжение здесь.