Начало здесь.

Сам Иран также вряд ли будет молча наблюдать за процессом, если почувствует угрозу своим интересам со стороны нового альянса.

Комментарии по поводу его создания из Тегерана идут преимущественно негативные.

Ибрагим Резаи, глава комитета Меджлиса по национальной безопасности и внешней политике, заявил: «саудовцам следует понимать: бумажное соглашение с Турцией и Пакистаном не обеспечит им безопасность - так же как многолетняя односторонняя поддержка США не принесла им безопасности».

Он призвал Эр-Рияд «исправить свою политику», чтобы «не приходилось выпрашивать безопасность у других».

А один из лидеров проиранского шиитского альянса «Аль-Фатх» в Ираке Али аль-Фатлави заявил, что новый союз «обречен на крах».

В Турции, правда, постарались снизить напряжение. Министр иностранных дел страны Хакан Фидан сказал, что оборонный пакт не направлен против Ирана.

К таким заявлением, возможно, стоит относится скептически - даже без учета позиции Вашингтона для членов нового альянса Иран является серьезным региональным соперником и никто из них не хочет его усиления через, например, сохранение за Тегераном контроля над Ормузским проливом. К тому же у саудитов прямой конфликт с хуситами, а Турция не против расширить свое влияние не только на Сирию, но и на Ливан, для чего нужно что-то сделать с Хезболлой.

Однако возможности решить военным путем эти проблемы у указанных стран ограничены как потенциально сильным сопротивлением Ирана и его союзников, так и собственными внутренними проблемами и не готовностью нести огромные издержки от войны. Так, саудиты вряд ли готовы рисковать уничтожением всей своей нефтяной отрасли. А находящаяся в непростом экономическом положении Турция вряд ли готова резко нарастить расходы для ведения масштабных войн. Стиль Эрдогана другой - точечные удары, поддержка союзных сил. Так он действовал в Сирии и в Ливии. И пока ничто не указывает на то, что он готов ввязаться в полномасштабную войну с Ираном, что потребует проведение мобилизации и поставит под угрозу всю инфраструктуру страны.

Наконец, есть ещё фактор Израиля. Там с нескрываемой тревогой следят за созданием с одобрения Вашингтона альянса Саудовской Аравии и Египта с Турцией и Катаром. С Эрдоганом у Израиля отношения предельно враждебные. А Катар израильтяне обвиняют в организации антиизраильской кампании в мире. В чем-то новый суннитский альянс для еврейского государства даже опаснее, чем иранская «ось сопротивления». В противостоянии с последней Израиль всегда может расчитывать на поддержку США, да и Запада в целом. А вот в конфликте с «суннитским НАТО» позиции западных союзников будут не столь однозначны. Поэтому нельзя исключать попытки торпедировать окончательного оформления этого альянса силами Израиля и его лобби в Вашингтоне, а также активации сил, враждебных тем же туркам (курдов, например).

То есть ситуация в целом останется крайне запутанной и далеко не факт, что новосозданный «оборонный пакт» вообще заработает на практике, а если и заработает, то будет действовать против Ирана по замыслу Вашингтона, а не начнет сводить счеты с Израилем.

Многое определят события ближайших месяцев - будет ли выполнена задача по уничтожению союзников Ирана в Йемене, Ливане и Ираке. Если будет, то вероятность разворота «суннитского НАТО» к давлению разными способами на Тегеран при поддержке США повысится. Если же данную задачу не решат, то, соответсвенно, и перспективы вхождения нового альянса в войну с Ираном станут минимальными. Зато увеличатся шансы на то, что Тегеран и суннитский альянс сами договорятся друг с другом о правилах игры на Ближнем востоке, исключив из них американцев.