Предыдущая часть здесь.

То, что жесткие санкции будут введены – все еще возможно, если Трамп придет лично к выводу, что на приемлемых условиях договорится с Путиным не получается. Однако это не гарантировано, так как велики риски прямой конфронтации США и России.
 
И если никакого резкого усиления давления Запада на РФ не будет и в Киеве убедятся, что на значительное увеличение поддержки в войне со стороны США и ЕС рассчитывать в обозримой перспективе не стоит, это может запустить далеко идущие процессы внутри украинских элит и общества. Внутри которых могут появиться вопросы – «готовы ли мы действительно воевать 21 год, как говорит Мединский» и «так ли уж неприемлемы все требования РФ, которые нам сейчас выдвигаются? Либо можно о чем-то говорить?».
 
Впрочем, вопросы эти могут зазвучать действительно громко только в случае, если резко ухудшится ситуация на фронте для ВСУ. До тех пор пока фронт держится, а россияне наступают медленно, в военно-политическом руководстве Украины будет сохраняться уверенность (транслируемая и на украинское общество), что длинную войну год-два страна выдержит, хотя и дорогой ценой. А там, глядишь, что-то и на Западе изменится, либо в России ситуация пройдёт вразнос.
 
Собственно, ситуация на фронте и определит в огромной степени дальнейшее развитие событий. В том числе подтвердит или опровергнет верность популярной в РФ теории, что Москва может достигнуть своих целей и военным путем.

Впрочем, все ещё сохраняется шанс, что проверять верность этой теории не придется - если Трамп и Путин смогут согласовать в ближайшее время «мирную сделку» с прекращением огня по линии фронта.