Начало здесь.

2. Военные победы может начать одерживать Россия и это будет резкое ухудшение ситуации для Украины в сравнении с тем, что есть сейчас.

3. Война может зайти в тупик, при котором ни одна из сторон не будет иметь преимущества. Но тогда тем более правильно как можно скорее прекратить огонь, чтоб минимизировать жертвы. Чем дальше затягивать с перемирием, тем хуже. Если украинские власти пошли бы на окончание войны в апреле 2022 года, когда РФ, по данным СМИ, была готова уйти со всех захваченных после 24.02.22 территорий в обмен на нейтральный статус Украины, то все эти территории были бы освобождены без потерь.

Четвертое – относительно аргумента о том, что перемирие по нынешней линии фронта будет означать лишь передышку перед новой войной с Россией, приводятся следующие контраргументы. Любые действующие гарантии безопасности Украина может получить только после окончания войны. И только после окончания войны можно будет предметно говорить о вступлении в НАТО. Но даже если в НАТО Украину не возьмут, реальных гарантий не дадут и нужно будет исходить из перспективы новой войны, то перемирие даст возможность Украине к ней подготовиться гораздо лучше, чем сможет подготовиться Москва. РФ будет оставаться под санкциями, ограничивающими ее развитие, в то время как НАТО сможет поставить ВСУ оружие, которое не хочет поставлять во время войны – самолеты и дальнобойные ракеты, например. Кроме того, Западу нужно время, чтобы решить проблемы с производством боеприпасов. А Украине – чтоб запустить свою оборонную промышленность. Поэтому перемирие выгодно Украине даже с чисто военной точки зрения.

Впрочем, на все эти аргументы у сторонников «войны до границ 1991 года» наверняка найдутся свои контраргументы.
 
Кроме того, есть моменты, которые порождают большие сомнения в реалистичности сценария скорого прекращения войны через перемирие или, тем более, полноценный мир по линии фронта.
 
Во-первых, несмотря на то, что в Украине распространено мнение, что именно такого сценария добивается Путин, так ли это на самом деле достоверно неизвестно. И заявления Кремля о «готовности к переговорам» могут быть лишь риторикой, чтоб представить россиян как «миротворцев». А в реальности Москва может делать ставку на длительную войну на истощение с целью захватить новые территории, принудив Киев к своим условиям мира, и никакого прекращения огня в ближайшее время не хочет. Это ключевой элемент неизвестности и без его прояснения любые разговоры о мире вести бессмысленно.
 
Во-вторых, непонятна до конца какова будет позиция западных союзников, если Украина вдруг выступит с инициативой перемирия. То есть, непонятно, что Байден в ответ скажет Зеленскому: «это ваше решение как суверенной страны, мы относимся к нему с уважением. Ничего нет важнее человеческой жизни, Украине нужен мир». Либо он скажет: «тебя что, сынок, китайцы завербовали? Или президентом быть надоело?». Без прояснения позиции Запада движение к переговорам также невозможно. 
 
В-третьих, сейчас Украина живет ожиданием наступления украинской армии. И хоть западная пресса полна скептических оценок, однако все помнят, что ВСУ уже неоднократно в прошлом году посрамили скептиков – и под Киевом, и в Херсоне, и в Харьковской области. А потому надежды на успешное наступление есть и очень большие. Кроме того, постоянные публичные наезды на российское начальство и армию РФ со стороны Гиркина-Стрелкова и его «рассерженных патриотов», Пригожина и его пула телеграмм-каналов рассматриваются многими украинцами как четкий предвестник скорого начала смуты и развала России, способствуя поддержанию боевого духа и веры в победу в украинском обществе даже, наверное, больше, чем единый телемарафон. 
 
И с учетом таких ожиданий заявления о необходимости скорейшего прекращения огня кажутся неуместными или вовсе предательскими.
 
Но если в течение весны-лета у Украины не будет ощутимых успехов на фронте, а в России не появится явных признаков дестабилизации, и станет понятно, что война уходит «в долгую», тогда настроения в обществе, не исключено, начнут меняться. И «партия мира» может дать о себе знать.