Мелло замахнулся снова, но его рука задрожала в воздухе. Взгляд метнулся к губе Мэтта — из разбитого уголка медленно сочилась темная кровь, стекая к подбородку.
Мэтт даже не поднял рук для защиты. Он лишь тяжело перевел дыхание, слизнул кровь с губы и посмотрел на Мелло снизу вверх. Без злобы. Без страха. В этом темно-карем взгляде была лишь глубокая, выжигающая усталость и какая-то болезненная, абсолютная преданность, от которой у Мелло сжалось горло.
— Закончил? — тихо и глухо спросил Мэтт. В его голосе не было и капли иронии. — Или тебе нужно врезать мне еще раз, чтобы ты наконец смог дышать?
Эти слова ударили по Мелло больно и точно. Он замер с поднятым кулаком, тяжело вздымая грудь. Градус безумной ярости спал, оставляя после себя лишь опустошающий холод и тупую боль в сбитых костяшках. Мелло осознал, что он только что сделал. Мэтт был единственным человеком во всем мире, кто пошел за ним из Приюта Уамми без вопросов, без условий, бросив свою сытую и спокойную жизнь. И Мелло только что пустил ему кровь просто потому, что не мог справиться с собственными демонами.
Мелло медленно опустил руку. Его пальцы разжались, отпуская смятую ткань свитера Мэтта.
— Черт... — выдохнул Мелло. Голос пресекся.
Он не стал извиняться — Мелло никогда не извинялся, это противоречило его природе. Вместо этого он резко нагнулся и уткнулся лбом в шею Мэтта, пряча лицо и сжимая его плечи уже совершенно иным, отчаянным движением. От Мэтта пахло табаком, кожей и едкой солью свежей крови. Мелло судорожно втянул этот запах, сжимая челюсти так, что зубы заскрипели.
Мэтт молчал пару секунд. Затем его рука — прохладная, с огрубевшими от клавиатуры подушечками пальцев — поднялась и тяжелым грузом легла на затылок Мелло. Мэтт крепко сжал его жесткие светлые волосы, буквально притягивая ближе к себе, не давая отстраниться.
— Ты идиотина, Мелло, — выдохнул Мэтт ему в макушку. Голос был хриплым. — Консоль-то за что? Она была лимитированная.
Мелло глухо ругнулся куда-то в воротник его свитера, но не отстранился. Напротив, он сжал пальцы на талии Мэтта, притягивая его к себе с отчаянной, почти удушающей силой — как утопающий цепляется за единственный обломок доски посреди шторма.
— Я купил тебе эту хрень, я ее и разбил, — буркнул Мелло через силу, ощущая, как пульсирует разбитая губа Мэтта возле его собственного уха. — Заткнись.
— Ты мне новую обязан, — Мэтт чуть повернул голову, слегка касаясь горячей щеки Мелло своими сухими губами. Это не был нежный поцелуй — скорее короткое напоминание о том, что они всё еще на одной стороне. — И если ты еще раз ударишь меня по лицу, перехватывать частоты полиции будешь сам. Своими кривыми ручонками.
Мелло медленно поднял голову. Их лица оказались слишком близко. В темноте комнаты глаза Мелло блестели опасным, нервным огнем, но паника ушла.
Он провел большим пальцем по подбородку Мэтта, размазывая каплю крови по его коже, а затем безапелляционно и жестко впился в его губы коротким, трескучим от напряжения поцелуем, слизывая металлический солоноватый вкус.
Отстранившись через мгновение, Мелло поднялся с дивана, пытаясь вернуть себе привычный властный вид, хотя его руки всё еще слегка дрожали.
— У тебя пять минут, чтобы утереть сопли и привести себя в порядок, — бросил Мелло, доставая из кармана новую плитку шоколада и с треском разрывая фольгу. — Потом достаешь ноутбук. Мы начинаем работать по японской полиции.
Мэтт медленно сел на диване, вытер губу тыльной стороной ладони и посмотрел на обломки консоли на полу, а затем — на Мелло.
— Десять минут, Мелло, — сказал Мэтт, поднимаясь. — И ты отдаешь мне половину своей плитки.
#Фд #Зарисовка #Тетрадь_Смерти