ㅤㅤСтоило ли говорить, что некоторые ночи в Астролоне были крайне светлы? Главной их чертой являлись звёзды, что подобно далёким огням загорались в темнеющей глубине неба. Луны в такие ночи тоже отражали свет особенно заметно: земные ландшафты тонули в серебристом свете; три полных мягко-белых диска величественно возвышались над миром — впервые их полнота не несла за собой разрушения циклов, и ночи, названные серебряными, хранили недолгое спокойствие. Не каждый день люди могли увидеть мирную полноту всех трёх лун: в обычные дни светила лишь одна из них. Полнота трёх лун часто замечалась во время циклов.
ㅤㅤКлэйтону серебряные ночи нравились не только из-за спокойствия. Ему нравилась их мягкость и тишина. Отсутствие всяких лишних звуков Клэй находил привлекательным — идеальная атмосфера, чтобы сделать парочку набросков пейзажей. И хотя никакое полотно не могло бы передать всю красоту серебряных ночей, Клэй прилагал все усилия для их запечатления. Ах, и да: в такие ночи волосы его друга казались ещё белее и были сравнимы с чистым серебром. Это, однако, Клэйтон считал только приятным бонусом ко всему прочему. К тому же, можно также посчитать достойным поводом лишний раз полюбоваться на профиль Астериона и, может быть, даже настоять на портрете. Если Клэйтон заимеется достаточной наглостью.
ㅤㅤЕго Высочество читал книгу, то сосредоточенно хмуря брови, то расслабляя все мышцы на лице, которое тут же принимало такое выражение абсолютного умиротворения, что в груди Клэя расцветало тепло.
ㅤ— Сядь, посиди, — сказал Астерион, — не мельтеши перед глазами; и угомонись уже со своими портретами: темно здесь...
ㅤ— Темно? Три луны горят! Так и скажи, что не хочешь позировать, — весело фыркнул Клэйтон, останавливаясь позади принца и опираясь на спинку резной скамьи. — Раз уж темно тебе, чего же читаешь во тьме, а? Ваше Высочество?
ㅤ— Больно ты умный, — Астерион вернул взгляд к страницам книги, посеребрённым светом трёх лун. Тени от листвы душистой яблони мягко ложились на его лицо, когда он слегка сместился от теней.
ㅤㅤКлэйтон улыбнулся, наблюдая, как принц подбирает ноги. Он вздохнул почти мечтательно: а нарисовать Астериона всё-таки хотелось. Необычайно красивы для него были черты Его Высочества, и так правильно они ложились на бумагу, и так хорошо выходили у Клэя, что он не мог не желать браться за карандаш.
ㅤㅤНевозмутимо хорошенькое лицо Астериона наполовину оставалось в тени деревьев. Глядя на него, Клэйтон ощутил волну нежности и привязанности к принцу. Это чувство умиления часто приходило к нему, когда дело касалось его близкого друга.
ㅤㅤКлэйтон незаметно придвинулся поближе. Они уже не дети, чтобы открыто проявлять привязанность. В их возрасте особенно ценилась сдержанность. Но разве это возможно? Клэйтон Астериона слишком ценил, чтобы не проявлять привязанность хотя бы наедине.
ㅤㅤОн наклонился... Однако губы неожиданно столкнулись с чужой ладонью. Астерион смотрел на него этими выразительными разноцветными глазами.
ㅤ— Вообще нельзя? — спросил Клэйтон, но отстраняться не спешил.
ㅤ— Почему же нельзя? — Астерион закрыл книгу свободной рукой, и по его губам пробежала улыбка. — Можно.
ㅤㅤАстерион наклонился к нему и поцелуй оставил поверх своей ладони, закрывающей губы Клэйтона.
ㅤ— Да разве это серьёзно? — откинувшись назад, почти обиженно сказал Клэй.
ㅤ— Только недавно восемнадцать исполнилось, а Вы уже целоваться лезете, — вздохнул Астерион, поднимаясь со скамейки, и прижал книгу к груди.
ㅤ— А то как запрещено? — выгнул бровь Клэй.
ㅤ— С дамами придворными целуйтесь, — усмехнулся Астерион, бросив на него взгляд из-под чёлки и отвернулся. — Поклонниц у Вас много.
ㅤ— А я — только твой поклонник, — перепрыгнув через скамью, ответил Клэйтон. — Между прочим... — робко добавил он после, — мне полагается... за отказ. И — в честь дружеской привязанности. С семи лет вместе росли.
ㅤ— Вот как? — Астерион оглянулся на него через плечо. — Не боишься — так спроси.
ㅤ— Спрашиваю.
ㅤ— Бездельник ты, Клэй, — сказал принц и коснулся губами его щеки.
🤩🤩🤩🤩🤩
#kissingday
#зарисовки
#клэйстеры
#moonborn@stars_sing_about
🤩🤩🤩🤩🤩