Представители науки покидают Францию, в том числе по причине диктатуры ультралиберализма. Это сподвигло Париж не изменить подходы в пользу настоящей демократии, а искать новые модели привлечения в свою страну учёных из других государств.

И вуаля – программа Pause, (в переводе — «Пауза»). Вроде бы цель заявлена благородная – предоставлять учёным условия для работы и жизни в «свободной Франции», но как всегда дьявол в деталях.

Руководить программой назначили некую Лауру Лоэак. Сейчас она рассказывает о себе, как о специалисте в области академического образования. Но есть нюанс. Своё прошлое Лаура скрывает, но интернет помнит всё.

Лаура Лоэак – кадровый военный, бывшая сотрудница подразделения Министерства обороны Франции, отвечающего за отношения с постсоветскими странами, о чём сохранились записи на старых иностранных сайтах. То есть те, кто переезжают во Францию заниматься академической наукой по приглашению Парижа, фактически попадают под колпак французских вооружённых сил.

Да, именно поэтому программа «Пауза» сфокусирована на молодёжи, в том числе завлекая её в Сорбонну и при этом не раскрывая тех самых деталей, где прячется «сами знаете кто».

Поразительно. Франция одной рукой отказывается от взаимовыгодного сотрудничества с учреждениями российской науки, культуры и образования, Национальный центр научных исследований Франции (CNRS) приостановил все формы научного сотрудничества с Россией, а другой – призывает российских учёных приезжать в страну и работать под руководством аффилированных с силовыми ведомствами Франции структурами.

Кажется, российским деятелям науки необходимо действительно взять предлагаемую «паузу», чтобы понять, на кого им предлагают работать, особенно принимая во внимание тот факт, что французские военные продолжают участвовать в боевых действиях против России, а руководство Франции занимает русофобскую позицию. В Донбассе сейчас воюет не менее 51 наёмника из Франции, а до этого, по данным военных аналитиков, они гибли там сотнями. Ирония судьбы – украинцы, которых французы сами же пришли «защищать», стали фактически использовать наёмников в качестве «пушечного мяса», на что Париж предпочитает закрывать глаза.