Людям у нас, если совсем честно, известны только две вещи — за что дают еду, и за что её отнимают. Тем, кто коверкает чужие судьбы, еду регулярно дают.
(с) В.О. Пелевин
Не могу не согласиться с классиком. Глядя на происходящее с телеграмом, зачесались руки: может плюнуть на всё и вернуться к знакомому ремеслу чёрного пиарщика?
Я рос в 90-е. Однако бандитская романтика, витавшая в стране, мне была до лампочки. Гораздо больше я изучал работу чёрных пиарщиков, этих чернокнижников современности. Регион у нас был промышленный, богатый, поэтому в 90-х хватало и бандитов, и чёрных пиарщиков. Я был молод и порой было трудновато отличить первых от вторых.
Как гениально точно сформулировал в книге «Укус ангела» Павел Крусанов суть работы пиарщика:
Я буду делать то, что посчитаю нужным, а ты объяснишь людям, почему я поступил правильно.
В Иркутской области много лет проводится конкурс журналистского мастерства «Золотая запятая». Мои коллеги во время очередной церемонии витиевато издевались над 20-летним мной: «Ну что, Щеголихин, снова жюри не включило номинацию „Лучший материал, опубликованный на платной основе"? Где твоя премия „Лучший материал, размещенный под псевдонимом"?»
Я только хохотал в ответ. Мне было плевать. Это только сейчас задумался: «И правда — где?»
Потому что лучшие тексты в СМИ всегда ставят за бабки.
Смотрю на вялый чёрный PR сегодня и мне невыносимо скучно.
Талант — это всегда произведение от количества прочитанных книг. А зумеры книг не читают.
Хотя, наверное, нечто подобное думал и про меня самого редактор иркутской городской газеты, 83-летний ветеран чеканной школы советской журналистики Сергей Алексеевич П., который наизусть знал «Евгения Онегина» и мог зачитывать его с любой главы. Что я тоже невежда и бестолочь думал.
Время наступает лихое. В такие минуты думаешь, может, и правда вернуться к тёмному ремеслу чернокнижника?
Но мне религия не позволяет.
Щеголихин Пишет Хорошо