ЕВГЕНИЙ ЗИМИН (продолжение.)

- Сейчас"Спартак" тренирует  Старшинов. Что-то изменилось?

Наша тройка Зимин-Шадрин-Якушев стала получать больше времени, чем другие тройки. Выходим на лёд в  самые ответственные моменты. Вячеслав Иванович возложил на нас особую ответственность за исход встречи. В последних матчах перед каникулами мы летали, как на крыльях,  почувствовали наконец уверенность в своих  силах. Уходим на каникулы в хорошем настроении".

- Итак, чемпионат завершён. Серебряные медали. Что ждёт "Спартак" в ближайшем будущем?

Я оптимист. Надо Старшинову-тренеру помочь, поддержать. С моих сверстников -  имею в виду Шадрина, Якушева, Мартынюка, Поладьева- главный спрос. Для спартаковской молодёжи теперь - это главный ориентир. На наше отношение к хоккею они равняются. Думаю, эти задачи нам по плечу. Возраст, сознание, опыт - все это уже для больших и серьёзных дел.

- Ещё немного о тебе. Кто из мастеров старшего поколения оказал наибольшее влияние на твоё формирование?
Прежде всего Всеволод Михайлович Бобров. При нем я пришёл в "Спартак". В игре я его, конечно, не видел. Но человек он и тренер замечательный. И, конечно, бывшие мои партнёры по тройке. Вы не представляете, какую гордость я всегда испытываю до сих пор, когда  обо мне говорят:"Это партнёр  Майорова и Старшинова".
Кроме них, конечно, Фирсов. Сильнее его хоккеиста не знаю. В нем как бы собраны воедино лучшие качества всех выдающихся игроков. Но самое главное его достоинство  состоит в том, что, оставаясь "звездой первой величины", Фирсов умеет, как никто другой, подчинить свою игру интересам команды, щедро помогать партнёрам, вести черновую работу, безупречно осуществлять любое задание тренера.

- Значит ли сказанное тобой, что  ты пытался копировать этих хоккеистов?

Ни в коем случае. Я учился у них, подсматривал какой- нибудь технический прием. У Майорова и  Старшинова старался перенять их бойцовские качества - в этом им не было равных. Но в целом оставался верен своей манере игры, ни в коей мере не довольствуясь ролью подыгрывающего. Даже попав в старшиновскую тройку, я стойко отстаивал собственные принципы. И хотя, признаюсь, было это нелегко, моё упорство сблизило нас. Я был принят как равноправный член маленького коллектива.

- Ты сказал "сблизили", имея в виду "притирку" чисто хоккейных индивидуальностей? Или долгое  совместное пребывание в одной тройке предполагает дружбу между партнёрами.

Совсем необязательно. Взаимное уважение, умение по-человечески понять друг друга - этого вполне достаточно. Но года, проведённые рядом, победы и неудачи, поделенные пополам, создают особые отношения  между людьми, которые никакие житейские дрязги не должны разрушать. Когда же недавние партнёры становятся  далекими, безразличными, а порой и недоброжелательно настроенными друг к другу - мне это всегда обидно... Но,может, все это сентиментальность?..

- Нет, конечно, ты прав. Одно из самых привлекательных качеств Локтева, Альметова, Александрова, по-моему, та восторженность, с которой они рассказывают друг о друге. А к тебе ещё  такой вопрос. Тебя слишком  часто упрекают в умении картинно падать на лёд в расчёте  на то, что судья удалит "обидчика".

Это несправедливо. С моей комплекцией и весом трудно выиграть силовое единоборство у массивного, тяжёлого защитника. Любое столкновение приводит лишь к напрасному расходу сил и нервов. Поэтому я всегда стараюсь избежать силового приёма. Это не трусость, а трезвая оценка своих возможностей,  своеобразный  тактический прием, если хотите. Не один я так играю. Обратите внимание, что и у Мальцева много падений. Так вот, когда столкновение неизбежно, я расслабляюсь и падаю - здесь, естественно, никакой вины защитника нет. Гораздо чаще мне удаётся уклониться от силового приёма, и  противник сбивает меня, нарушая правила.Судейский свисток сплошь и рядом молчит и в том и в другом случае. Бывает иногда, что судья наказывает невиновного, но сколько же раз он проходит мимо очевидных нарушений.Или такой пример. Нападающий выходит к воротам, а соперник держит его руками или клюшкой.