HERMÈS × MARGIELA
в библиотеке Mod’Art
—
Решение Жан-Луи Дюма, тогдашнего президента Hermès, пригласить Маржелу казалось почти контркультурным жестом.

Маржела работал с винтажными материалами, деконструировал одежду, выворачивал наружу ее устройство и превращал следы производства в часть эстетики. Трудно было представить более далекую от Hermès фигуру.

Пресса недоумевала: не пытается ли самый традиционный французский дом превратиться в авангардный? Или, напротив, сможет ли Hermès сделать из Маржелы классического кутюрье?

Сам Дюма видел ситуацию иначе: Hermès не стремился к эпатажу. Покупательница должна быть поражена не эффектом ради эффекта, а дизайном, чувственностью и качеством исполнения.

В Маржеле Дюма видел прежде всего мастера:

«Я думаю, что Мартин Маржела сформирует точное представление о том, кто мы есть, и поймет нас лучше, чем мы сами».

Когда Elle France спросил Дюма, не опасается ли он, что Маржела «каннибализирует» образ Hermès как храма bon chic bon genre, тот ответил с характерной иронией: ему хотелось бы, чтобы клиентки время от времени позволяли себе «не тот шаг, не тот глаз» — un bon pied, bon œil.

За шуткой скрывалась вполне определенная идея. Для Hermès элегантность существовала только в движении. Дюма искал не революцию ради революции, а обновление: дизайнера, способного понять наследие ремесленного дома и перенести его в современный гардероб.

Именно это Маржела и сделал