Ну и материал, к которому я незаметно подбиралась.

Если что-то невозможно сексуализировать - подумайте ещё раз. Можно. Всё можно. И хтонический ужас, и полудетское очарование. Хорошая тема для отличной статьи - в каких моментах сексуализация чудовищного пересекается с сексуализацией инфантильного, но это сейчас не моя задача.

Хороший вопрос - когда именно возникло соседство сексуализации и умиления: мы традиционно относим это к моэ в аниме, но вообще-то традиция не новая - дети долгое время считались уменьшенными копиями взрослых, и определённый... интерес к ним не то чтобы не карался - но не был таким уж большим преступлением. Тем не менее, важный момент: даже когда их облик поэтизировался (в том числе и в XIX-XX веках), он не соседствовал с умилением. Умиление как бы шло параллельно: ты либо смотришь на естественность ребёнка по Руссо, либо сексуализируешь его, но тогда это вообще не сочетается с умилением.

Другой вопрос - черты инфантильного в поведении взрослых девушек.
Детская живость, непосредственность, игривость всегда были большой ценностью. От Хлои до manic pixie girl умение быть немножечко ребёнком считалось большой ценностью для девушки. Иногда это было прямо инфантилизацией потенциального сексуального объекта, иногда - манифестом против взрослого ужасного мира (сравнительно новая тенденция), но, скажем, тургеневская Ася возникла не просто так.

В анимации эта тенденция не только анимешная, но и имеет корни аж с самого начала популярной анимации: есть ещё одна очаровательная умилительная нимфетка...