Круглый стол "Вечерней Москвы", "Чему учат современные мультфильмы" (от 10.07.2025).
Часть вторая (про сороконожку, лишившуюся головы, про бегемота, лишившегося головы, тела и ног, слезу дракона, кинотеатр "Баррикада", канал 2х2 и вседозволенность аниматоров)

Евгений Шматко: Мария сказала, что есть возрастной ценз, возрастные ограничения. А насколько вообще мультипликаторы, аниматоры ориентируются на эти правила? Знакомит ли кто-то аниматоров с этим списком и говорит: “Если ты нарисовал страшного медвежонка, это уже 12+, а не 6+”?»

Кирилл Поликарпов: Сейчас процветает абсолютная вседозволенность. То есть как хочу, так и делаю.

Евгений Шматко: И потом вам присвоят какой-то рейтинг?

Кирилл Поликарпов: Ничего не присвоят, но всё равно это будет. Потому что раньше были нормативы. Я-то вообще-то сам из Союзмультфильма, старой закалки, я в анимации с 1982-го года. И первый мой мультфильм, в котором я принимал участие, «Сказка о царе Салтане». Мне удалось поработать с Ивановым-Вано. Так что я полностью пропитан всей этой атмосферой. Поэтому, конечно, ничего не делалось просто так. Были совершенно фантастические баталии в сценарном отделе… Совершенно не было такого, что «я хочу, чтоб было так». Так не было. Всё должно было пройти <…> такую ступенчатую систему очистки, что практически всё, что мы видели на экране, это уже был такой кристалл представления чистейший. Слеза дракона. <…> Мне, на самом деле, понравилась эта мысль, что нельзя бросать детей на периферию экрана в одиночку… Как раньше это было: ведь у каждого мультфильма была прокатная история. Все мультфильмы, которые снимались на киностудии Союзмультфильм, шли в прокат. Да, не было такого количества полных метров, но всё равно было достаточно. Семья ходила в кинотеатр, вместе, взявшись за руки. И, кстати, было такое понятие как «семейный просмотр». Это было практически каждую субботу и воскресенье, сейчас это называется «уик-энд», семья проводила в кинотеатре. В Москве был такой знаменитый кинотеатр «Баррикада», его сейчас не существует, в этом кинотеатре показывали все новинки – и, вы знаете, выстраивалась гигантская очередь…

Евгений Шматко: Ну, очередь за мультфильмами выстраивается и сегодня. Хочется посмотреть на изнаночную сторону людей, которые создают эти мультфильмы. Раньше были чёткие требования, условные ГОСТы на мультфильмы?

Кирилл Поликарпов: Как такового понятия, что это ГОСТ, на мультфильм не было. Но была цензура. Жёсткая причём. Она выражалась в образе персонажа, в литературной подаче. То есть просто абы что – нет. Я уж не говорю о том, что государство заботилось о возврате вложенных средств. Анимация была не просто рентабельной – она занимала четвёртое место по доходности. Была свободно конвертируемая история. Нас в других странах узнавали по хоккею, по цирку и по анимации в том числе. И все те образы, которые существовали – они были доступны. То есть не надо было никому объяснять, что это сороконожка, и она лишилась головы. Потому что ребёнок не будет этого понимать. Помню, у нас даже была встреча с нашими французскими коллегами, и они были в восторге от наших персонажей. Они уже тогда били тревогу, потому что вот эти странные стихийные образы мешали восприятию. Потому что ребёнок не должен додумывать; информация, которая подаётся, будет стёрта. Пока ребёнок решает, кто это: либо это бегемот, который лишился головы, может быть, тела, может быть, ног, а, может быть, это непонятно кто… С приходом на наш рынок канала 2х2 это вылилось просто таким потоком… Я уж даже не буду говорить, какие персонажи там были… Это не для круглого стола.