Моей бабушке по папе было 16 лет, когда началась война.
Она не служила зенитчицей, хотя и отбивала порой снаряды - ну, а что делать? Её сестра работала на фабрике, где производили шубы для солдат; умерла, потому что прислали отравленный мех лисы. Прадед дожил до победы, но погиб по пути в Японию; где-то десять лет назад моя тётя нашла обелиск над братской могилой, где было его имя. Тот или не тот - не ясно; мало ли Беляевых Василиев? Но, кажется, тот, можно вычислить по сослуживцам.
Сколько мужчин умерло по маминой линии, неясно: у меня было шесть бабушек (родная, понятно, одна), самая старшая родилась ещё в 1916 году. Прабабушка за войну страшно сгорела: ей давали все 70 лет, хотя она была очень молодая - родила ещё до двадцати.

Я к чему. Победа в последние годы ассоциируется с залихвацкой удалью: вот на нас, а мы-то!.. Сдюжили, не подкачали!

Только вот не сдюжили. Даже те, кто выжил, не сдюжили. Тогда не знали термина КПТСР и травмы, но кто сталкивался с этим дерьмом... А ведь 90-е даже не сравнимы с ТОЙ эпохой. Было страшно и голодно, но не было, например, блокады. Не было массовых убийств. Концлагерей. Было многое другое, да и внутренние враги пострашнее внешних (не говоря уже о чеченских войнах), но - вы понимаете, о чём я.

Можем повторить? Нет, не можем. Более того, не должны. Никто не должен.

Не обесценивайте кровь тех, ради кого мы живём.

Моей бабушке в этом году было бы ровно сто лет. Она умерла в 92 - очень хороший возраст, к тому же она была в ясном сознании. Несмотря на это, она прожила хорошую жизнь.
Жаль, что мои другие родственники нет. И у этого есть конкретная, ясная причина, которую надо называть прямо.

Удачно, что май у меня - месяц Апокалипсиса.
Любая война - это Апокалипсис, хотим мы того или нет.