Почему мы полагаем, что ирландцы рыжие, латиноамериканцы католики, а Африка - заповедник деспотизма, геноцида и гражданских войн?

Стереотип! - легко отмахнуться от этих суждений, но за ними скрыты крайне важные механизмы нашего сознания, которые исследует имагология. В широком смысле, имагология - наука изучающая образы "Других". Чаще всего речь идёт о чуждых народах. Последние десятилетия гуманитарная наука переживает целый бум имагологических исследований. Это не удивительно, ведь современный человек уже признал, что реальность он конструирует вокруг себя сам, а для западного интеллектуала очевидным является тот факт, что "Другие" текучи и порождены нашими властными интенциями, расовыми предрассудками и сидящим в подкорке европоцентризмом. Может показаться, что в эпоху развитого постмодернизма "Другим" нет места, они должны быть подвергнуты деконструкции, а их чучела остаться где-то в мире дремучего модерна. Однако, невозможно деконструировать саму особенность человеческой психики. Мы не способны воспринимать мир как набор хаотичных феноменов и постоянно пропускать через себя новую информацию, мы приговорены систематизировать и стереотипизировать, чтобы осмысление мира было возможно. В нашем как никогда глобализованном мире, где информация о "Других" распространяется намного быстрее нашего опыта с ними взаимодействия, имагологический вызов может быть острее чем когда бы то ни было. Саморефлексия же должна быть инструментом, но не превращаться в борьбу с мельницами.

Й. Лиирссен, один из признанных мэтров современной имагологии, описал следующие принципы этой науки:
1. Имагология изучает только образы, а не реальных "Других". Возможность описать "Другого" не попав в ловушку интертекстуального пузыря находится под вопросом.
2. Источники суждений о "Других" всегда субъективны и несут на себе печать личного мировоззрения, интересов, идеологии, традиции.
3. Репрезентация "Других" это саморепрезентация. Описывая Восток, мы также описываем Запад. Говоря "они", подразумеваем "мы". Чтобы создать образ Другого, необходимо одновременно создать образ себя: "они варварские" означает "мы цивилизованные", "они суеверные" - "мы рациональные", "они ленивые" - "мы трудолюбивые".
4. Любой элемент образа "Другого" имеет собственную традицию, способен эволюционировать, мигрировать и трансформироваться. Также он вписан в конкретно-исторический контекст, а не существует в текстуальной Нетляндии.
5. Образы "Другого" это часть более широкой панорамы. "Другой" может "отличаться" национально, гендерно, политически, географически (никто не отменял стереотипов о ленивых тропиках и суровом Севере) и в десятках других оптик, каждая из которых имеет значение. Один и тот же человек может одновременно восприниматься как мексиканец, католик, латиноамериканец, мигрант, житель Юга и представитель "Третьего мира", работник пиццерии и т.д. . Каждая из этих категорий создаёт собственную систему ожиданий и стереотипов. Это становится особенно актуально сейчас, когда идентичность человека как никогда сложна и многогранна.

Наконец, "Другой" не обязательно должен быть представителем другой нации: им может оказаться человек другого класса, сословия, профессии или социального статуса. Образы аристократа, буржуа, пролетария, крестьянина, "простого народа" или интеллигента также обладают собственной историей, набором стереотипов и системой противопоставлений. Это распространяется и на политику. Таким образом, сфера интереса имаголога пронизывает любое человеческое общество, поскольку в нём всегда возникает оппозиция "мы" и "они".


🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟

Автор - Никита Лапаев

#Имагология|#Политика_Воображения| #ОбразДругого| #Стереотипы| #Репрезентация|#Постколониализм|#Идентичность| #Политика