Суд приступил к допросу второго обвиняемого по делу о несостоявшемся поджоге автозаков Владимира Сергеева.

Сергеев начал рассказ с того, что тяжело воспринял начало войны. Он и до этого момента находился в тяжелой ситуации. Были проблемы на работе и в личной жизни, и он уже предпринимал попытки самоубийства.

Жучкова он знал давно и, по его словам, «имел над ним авторитет». Сергеев помогал Жучкову, когда тот только переехал в Москву: финансово и пускал жить в свою квартиру. Поэтому, когда Жучков рассказал, что хочет совершить самоубийство, предложил ему сделать это на Митинге 6 марта.

Однако Сергеев не рассказал Жучкову, что планирует заодно поджечь автомобиль полицейских. Он знал, что Жучков будет против. Сергеев не сказал, куда они едут, а Жучков не задавал вопросов и просто следовал за ним. Метадон приобрел самостоятельно на сайте «Гидры». Бутылка «Русской водки» была нужна для поджога.

«Я не знал, какой именно автомобиль буду поджигать. Только знал, что это будет автомобиль ОМОНа, так как есть неприязненное к ними отношение».

Также перед акцией Сергеев снял все свои сбережения и положил их в банку. Он планировал скинуть ее по дороге и написать друзьям, чтобы они забрали деньги. Сергеев назвал это «актом филантропии».

Во время задержания Сергеева избивали по ногам и ткнули лицом в грязную машину. Что было дальше, он не помнит, так как метадон начал действовать.

Когда мужчина пришел в себя в больнице, к нему стали приходить сотрудники полиции. По словам Сергеева, они давили на него и уверяли, что если он пойдет на сделку со следствием, то им дадут статью о хулиганстве вместо «приготовления к террористическому акту». После 10 дней в реанимации они воспользовались его состоянием и заставили подписать показания, которые он не давал и даже не читал.