В The Financial Times появилась публикация о череде национализаций и захватов активов в России. Интересно, что появилась она как раз на фоне того, что Путин делает предложения западным компаниям о возвращении на российские рынки.

Это можно было бы списать на происки противников возвращения мировых компаний в РФ на Западе, но проблема в том, что факты сомнительных национализаций и поглощений в РФ действительно имеют место.

Это показывает, что Путин слабо владеет ситуацией в экономике России, поскольку его окружение использует ее в своих корыстных целях.

Так, главными бенефициарами конфискаций проведенных Генеральной прокуратурой РФ называются Братья Ротенберги, друзья детства Путина.

The Financial Times пишет, что масштабы «сезона охоты в российской экономике», сравнимы с «временами распада Советского Союза, когда олигархи скупали активы по бросовым ценам».

«С начала конфликта Генеральная прокуратура России возбудила дела против более чем 85 российских предприятий. Генпрокуратура утверждает, что благодаря этому процессу она уже вернула государству 2400 млрд рублей (27,9 млрд долларов)».

«Вся эта концепция мягкой национализации... это дело рук Ротенбергов... Они разработали эту концепцию. У них есть люди, которые отвечают за это. У них есть юрисконсульты, экономические консультанты, специалисты по сбору данных, которые специально пытаются найти такие случаи и затем предоставить Генеральной прокуратуре аргументы для официального возбуждения [дела]», — сказал The Financial Times человек, регулярно контактирующий с российским правительством.

Рассказывая о процессе национализации Генпрокуратурой аэропорта «Домодедово», издание пишет:
«Это дело — предупредительный выстрел для иностранных компаний, рассматривающих возможность возвращения в Россию на фоне разговоров о сближении Вашингтона и Москвы».

«Одержимость Путина конфликтом на Украине отвлекает его от решения экономических вопросов, давая его подчиненным больше свободы действий в борьбе за трофеи у себя дома», - пишет The Financial Times, подводя читателей к мысли, что заинтересованное в национализированных западных активах окружение российского лидера, способно больше влиять на ситуацию с возвратом западных компаний в РФ, чем оторванный от реальности глава Кремля.